mbla (mbla) wrote,
mbla
mbla

Categories:

Про "Вишнёвый сад" у Льва Додина

Совершенно неожиданно оказался прекрасен «Вишнёвый сад» у Додина, на который мы вчера впятером ходили, благодаря Юльке, не видевшей у него нуднейшего «дядю Ваню» и уговорившей пойти к Додину на Чехова.

Единственная пьеса Чехова, которую, как мне кажется, я не читала со школы. Как ни смешно, именно потому, что с самого начала она мне понравилась. Остальных пьес когда-то я не полюбила и неоднократно перечитывала, пытаясь понять, в чём же в них дело. Сначала у меня появилась «Чайка», потом «Три сестры» (ни той, ни другой пьесы я ни разу не видела в устроившей меня постановке), а после Луи Малля возник и «дядя Ваня».

Бывают отличные спектакли, построенные на средних текстах, когда написанные автором слова – только подспорье. Ну, вот из лучшего в жизни виденного – «Традиционный сбор» – причём в двух вариантах – у Товстоногова и в «Современнике» с Евстигнеевым. А текст – средней руки розовская пьеса.

Бывает и что прекрасная пьеса сыграна вовсе не для текста.

А у Додина вчера был именно Чехов – умный, сложный.


Играли прекрасно все.

И главным героями – тягучая оцепенелая жизнь, время, налипающее липким грязным мёдом на пальцы...

Но это Чехов, поставленный человеком, знающим чем дело кончилось, и когда у Чехова раздаётся звук лопнувшей струны, у Додина звучит сирена.
А в третьем акте, когда Лопахину ударила в голову покупка сада, мне послышалось:

«Гуляет ветер, порхает снег.
 Идут двенадцать человек.
Винтовок чёрные ремни,
Кругом – огни, огни, огни...»


Я совсем у Чехова не помню линии Лопахина и Вари – но у Додина она кажется отзвуком, почти цитатой, как почти цитатен бывает Михаил Шишкин – той самой струной, которая ещё звучит в пустой комнате. Лопахин никак не может сделать Варе предложение – и приходят в голову Варенька с Сергеем Иванычем, собирающие подберёзовики, и как Кити объясняет Левину на пальцах, почему у его брата с её подругой ничего не выходит. Ну, а новый Лопахин, купивший имение, где дед его был рабом, в отношениях с Варей неожиданно оборачивается Паратовым.

В самой последней сцене, где одна фраза – «А человека-то забыли...» – опущена, Фирс отдёргивает полог, скрывающий сад, – и вместо сада возникают глухие доски – не в дачи он обращается – в лагерный барак.

Tags: литературное, рецензии, театр
Subscribe

  • У Ишмаэля

    Вечер, утра не дряннее, вечер, платежа красней. Оторвавшись от корней и от всего, что знал Линней, по подтайному подснежью, обнажившему нутро, день…

  • (no subject)

    Тут Бегемот нашёл в сети много Окуджавы в переводе и в исполнении Дэниэла Кана. Мы раньше уже что-то слышали, но не столько. И меня в этот раз…

  • (no subject)

    Столько всякого за 8 лет случилось. И вот Таня из двухмесячной щенихи превратилась в несолидную тётю Таню... Из самых последних стихов. Мы везли с…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 27 comments

  • У Ишмаэля

    Вечер, утра не дряннее, вечер, платежа красней. Оторвавшись от корней и от всего, что знал Линней, по подтайному подснежью, обнажившему нутро, день…

  • (no subject)

    Тут Бегемот нашёл в сети много Окуджавы в переводе и в исполнении Дэниэла Кана. Мы раньше уже что-то слышали, но не столько. И меня в этот раз…

  • (no subject)

    Столько всякого за 8 лет случилось. И вот Таня из двухмесячной щенихи превратилась в несолидную тётю Таню... Из самых последних стихов. Мы везли с…