?

Log in

No account? Create an account
Из колодца
летопись
Берлин, судя по всему, в начале двадцатого века... И как можно было… 
31st-May-2015 05:10 pm
Берлин, судя по всему, в начале двадцатого века...

И как можно было представить, что случится то, что случилось?
Comments 
31st-May-2015 04:06 pm (UTC)
Ага, прям "гермашечка что мы потеряли", ха-ха

Там прикол на 1:15 видно вывеску DROGEN --- сейчас это абсолютно однозначно НАРКОТИКИ, но тогда конечно были лекарства. Сейчас осталось слово "дрожери" это что-то типа магазина хозтоваров. Ну и из американских фильмов конечно слышен этот корень, хотя слыша "драг-шоп" иногда представляется эдакий наркоманский супермаркет
31st-May-2015 08:58 pm (UTC)
А, ну да. Но drugstore в Америке не вызывает ассоциаций
31st-May-2015 05:17 pm (UTC)
Тогда было трудно, сейчас - запросто, и не только в Германии.
31st-May-2015 08:59 pm (UTC)
Не знаю, мне и сейчас непредставимо...
31st-May-2015 05:52 pm (UTC)
Давно поражает: сколько же народу на улицах в старых роликах!
По сравнению с любым городом, даже Парижем, теперь.
31st-May-2015 09:00 pm (UTC)
Ой, я не обращала внимания - ты права. Интересно, в чём дело? Я как-то думала, что на наших бесящих теперь туристов в Средние века были паломники, а они ещё и не мылись.
31st-May-2015 06:11 pm (UTC)
И что характерно - никаких правил движения.
А вот другой Берлин, послевоенный. https://www.facebook.com/kulturologia/videos/812643945450887/
31st-May-2015 06:54 pm (UTC)
сколько там мрази в каментах!
31st-May-2015 07:07 pm (UTC)
Фу, не читаю дрянь.
31st-May-2015 09:13 pm (UTC)
Очень сильно! А если друг за другом смотреть...
31st-May-2015 10:08 pm (UTC)
Для того и показала.
31st-May-2015 07:39 pm (UTC)
Да, тоже часто думаю об этом. Да мы еще в районе таком живем, который мало разрушен был, и в нем много еврейских кварталов было. Очень много мемориальных знаков, что в данном доме жили такие-то (имя, фамилия, год рождения каждого), тогда-то транспортом таким-то увезены в Аушвиц или Терезенштадт. Убиты тогда-то. Волосы дыбом! А ролик, судя по похожим с Youtube 1990 года, действительно.
Вот еще подлинне видела.
https://www.youtube.com/watch?v=B-m9A8mY-U0
31st-May-2015 09:19 pm (UTC) -
Спасибо! Много общих кадров, что естественно - не так-то много осталось. И тут кой-какие военные марши уже начинаются...
31st-May-2015 08:34 pm (UTC)
Мемуары Цвейга читала?
31st-May-2015 09:19 pm (UTC)
Нет. А надо, да?
2nd-Jun-2015 02:00 am (UTC)
"Я Пастернака не читал". Жена пересказывала. Как раз по теме. Считается классикой. Утопия построенная на отдельно взятом континенте плавно переходящая в антиутопию. Как я понял Цвейг был в чем-то наивным человеком и это тоже интересно. Ведь он был супер популярным. Главный вывод - нельзя видеть мир таким, каким хочется чтобы он был. Банально, но столько вокруг примеров... Вроде бы неглупые люди, а вот не следуют. Да и себя постоянно одергивать приходиться.
2nd-Jun-2015 12:14 pm (UTC)
Я, наверно, вообще мало Цвейга читала, собственно, кроме Звёздных часов меня, вроде, ничего сильно не задевало
2nd-Jun-2015 06:01 pm (UTC)
Вот, попалось под руку:

"Not for nothing, clearly, was Zweig a product of the Vienna of Freud, Schnitzler, and Schiele. And if The World of Yesterday turns out, as it now seems, to be Zweig’s most lasting and important book, it is in large part because of his rich evocation of Vienna’s turn-of-the-century culture. The city that Zweig describes, the one in which he grew up and eventually triumphed, was the Vienna of the educated Jewish haute bourgeoisie. It was only the money and the curiosity of this class, Zweig argues, that made the city’s golden age possible: “the part played by the Jewish bourgeoisie in Viennese culture, through the aid and patronage it offered, was immeasurable. They were the real public, they filled seats at the theater and in concert halls, they bought books and pictures, visited exhibitions, championed and encouraged new trends everywhere with minds that were more flexible, less weighed down by tradition.” His own movement from the mercantile middle class to the cultural elite, Zweig writes, was the ideal trajectory of all German Jewish families, instancing Aby Warburg and Ernst Cassirer—and he could have added Ludwig Wittgenstein or, indeed, Walter Benjamin.

This Jewish cultural assimilation was made possible, Zweig explains, by Vienna’s love of the arts and its tradition of toleration: “Poor and rich, Czechs and Germans, Christians and Jews peacefully lived together in spite of the occasional needling remark.” At such moments, however, the rose color of Zweig’s nostalgia is impossible to ignore. For the Vienna he idealizes was the same city where anti-Semitism flourished, where Karl Lueger became mayor on an explicitly anti-Semitic platform, and where the young Hitler laid the groundwork for his plan to exterminate the Jews. If you take Zweig at face value, it is inexplicable how Vienna became, in the interwar period, the site of a virtual civil war between Social Democrats and fascists—the city that wildly applauded the Anschluss in 1938 and happily sent its culture-loving Jews to concentration camps. As Prochnik recounts, Zweig wrote The World of Yesterday in a feverish few weeks in the summer of 1941 in, of all places, Ossining, New York, where his peregrinations had briefly taken him. If Vienna was really, as Zweig writes, the home of “live and let live”—“a principle that still seems to me more humane than any categorical imperative”—why did he end up writing about it in Ossining?"
This page was loaded Apr 20th 2018, 4:55 am GMT.