mbla (mbla) wrote,
mbla
mbla

Categories:
Я по дороге на работу часто слушаю радио – любимую станцию France culture. Обычно я выскакиваю из дому в середине последних известий, а добираюсь до кампуса, не дослушав чудесную ежеутреннюю передачу «Fabrique de l’histoire» – «Ткань истории».

Если я еду кусок пути под землёй, радио прерывается, и я его подхватываю, вылезая на свет божий.

Прошлая неделя в «Fabrique de l’histoire» была посвящена миграциям народов в разные времена.

И вот вылезаю я из метро возле Нотр Дам, чтоб кусок пути пробежать пешком, поднимаясь по лестнице, включаю радио чуть раньше, чем нужно, слышу шипенье, из которого вычленяется голос, потом шипенье умолкает, – и я попадаю в очень эмоциональный текст, такой причём, что сразу понимаешь, что не разговор это, а чтение вслух.

Идёт рассказ о переполненных кораблях, о замученных нищих людях, которые лежат вповалку на палубе, о недостатке питьевой воды, о морской болезни, о мученьях жажды и ужасах скученности...

Текст заканчивается, и нам сообщают, что это был отрывок из Эдмондо де Амичиса – из сборника репортажей под названием «В океане».

У нас с Машкой в детстве была его книжка «Сердце». Я очень хорошо помню, как папа читал её по вечерам вслух. Потом я её множество раз перечитывала. Главный герой этой книжки – итальянский мальчик из интеллигентной семьи конца 19–го века. Живёт он в Турине, ходит в школу. Повествование прерывается вставными рассказами – о Гарибальди, об объединении Италии.
Эта книжка была из самых любимых и рифмовалась у меня с Бруштейн, и с собственными родителями. Много было совпадений – представления о порядочности (кстати, характеристики «он порядочный человек» сто лет не слышала), о достоинстве, об обязательствах в отношении других людей, о сочувствии...
Думаю, что сейчас Амичис показался бы мне сентиментальным. Но несомненно «Сердце» – одна из книг, на которых я выросла. Помню эту чёрного цвета не очень толстую, но широкую, затрёпанную по углам книжку...

...
Передача, кусок которой я услышала, была об эмиграции из Италии в конце 19–го – начале 20-го веков. Между 1880-ым и 1914-ым из Италии уехали 15 миллионов человек! Половина населения. Огромные толпы людей пытались любой ценой выбраться из нищей полуголодной страны, где не было работы.
Я очень люблю французского писателя итальянского происхождения Франсуа Кавану, который в книжке «Les ritals» рассказывает про своё детство в итальянском парижском пригороде в тридцатые годы двадцатого века. Отец Каваны – неграмотный крестьянин из долины По, который как раз перебрался во Францию в этом потоке итальянской эмиграции.

Не все итальянцы уезжали навсегда. Узенький ручеёк возврата тоже был. Молодая страна объединённая Италия очень хотела, чтоб люди возвращались.
Мы, вроде бы, с детства знаем, что первая мировая грянула громом среди ясного неба, что люди рубежа веков воспринимали свой мир как очень цивилизованный, и слово «прогресс» было почти священным.
Но рубеж веков как–то, по крайней мере у меня в голове, заслонился временем между двумя войнами.

А меж тем это были разные времена. Как в песне Городницкого про лётчика Уточкина.
....
Ах, лётчик отчаянный Уточкин,
Шоферские вам не идут очки.
Ну что за нелепые шуточки -
Скользить по воздушной струе?
И так ли уж вам обязательно,
Чтоб вставшие к празднику затемно,
Глазели на вас обыватели,
Роняя свои канотье?

....

Куда, петербургские жители,
Толпою весёлой бежите вы?
Не стелют свой след истребители
У века на самой заре,
Свод неба пустынен и свеж ещё,
Достигнут лишь первый рубеж ещё...
Не завтра ли бомбоубежище
Отроют у вас во дворе?
....

Я очень удивилась, узнав, что корабли, увозившие итальянцев в дальние страны (в Америку, в Мексику...) контролировались, к ним в Италии предъявлялись санитарные требования. На судне должен был обязательно быть неограниченный доступ к питьевой воде, трёхразовое питание, обязательно должен был плыть корабельный врач. Но естественно, билет на такой вот законный оборудованный корабль стоил денег, которых у самых нищих эмигрантов не было, и сразу возникли незаконные дешёвые способы перевозки, – старые дырявые корыта, в которые люди набивались, как селёдки в бочку, тоже пытались пересечь океан. Эти жуткие корабли отправлялись, в основном, из Испании, но бывало, что и из Англии. Естественно, многие тонули...

Во Францию итальянцы часто шли попросту пешком. Вот как коммунистический прадед Лионеля в Муссолиниевское время – через Альпы с женой и с дочкой, Лионельей бабушкой. Она потом маленькому Лионелю в лучших русских традициях рассказывала о тяготах своего детства. Правда, переход через Альпы она не помнила, слишком была маленькая... Вспоминала войну, – как через картофельное поле бежала под бомбами за хлебом.
Tags: Лионель, бумканье, время, всякая всячина, книжное, политика, радио
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments