mbla (mbla) wrote,
mbla
mbla

Под серым скучным небесным покрывалом последнего дня февраля рассыпались крокусы по газону, да и нарциссы по траве. Стёртые монеты.

Двадцать лет назад – вчера, а через двадцать лет – ой, не ходи в комнату Синей бороды, не заглядывай, куда не просят.

Впрочем, заглядывай – не заглядывай...

Мой московский дядя когда я в школе ещё училась, мне рассказал историю: про ребе, к которому пришла девица накануне свадьбы с важным вопросом, – ложиться ли ей с мужем в рубашке, али без рубашки. И почти одновременно с ней зашёл молодой человек за каким-то финансовым советом – как ему деньги получше вложить.

И ребе ответил: в рубашке, или без рубашки, но вас всё равно выебут – и к вам, молодой человек, это тоже относится.

Так что – думай-не думай.

Не могу понять, что за деревья в парке за автобусным окном за ночь покрылись жёлтым цветочным цыплячьим пухом.

Вчера после целого дня сплошных занятий я шла по улице в том коконе усталости, когда очень тяжело сменить деятельность – нога за ногой идут полчаса, идут 40 минут – потом всё-таки я взгромоздилась в автобус – а можно, кстати, посмотреть по GPS сколько до дому пешком… Может, и пришла бы к ночи.

Семидесятые я прожила в Союзе и в восьмидесятые на Западе я в темпе проживала прочитанное ещё в школе. Восьмидесятые и шестидесятые проросли друг в друга, перемешались.

На газоне нарциссы – этого года, умерли прошлогодние, никому из них мы не даём личных имён – нарцисс Никодим, нарциссия Настя. Зовём обобщённо – нарциссы.

Человечество переживает смерти – поимённые...

Засохший цветок в гербарии – память какого-то там давнего лета.

А историк, или филолог протирает «очки-велосипед», вытаскивает не свет кого-нибудь, кто на бессмертие и не надеялся.

Огромная ёлка тянет ветки из мимоидущего сада.

А можно подышать на стекло, потом протереть. Вот лошадка мокнет под дождём на балконе, вот пирожные с клубникой сияют в окне булочной.

Лет 20 назад, или там 15, я часто видела в автобусе высокого худого бородатого совсем седого мужика с яркими глазами – из совсем своих – с первого взгляда, из тех, про которых удивительно, что не говоришь здрасти, потому что незнакомы.

Он работал в биологическом институте, – на пути автобуса, на котором я тогда имела обыкновение ездить. Потом мужик пропал – на пенсию вышел – так я решила.

Видишь незнакомых людей стоп-кадром – в кафе, в автобусе, на улице – а что с ними, когда исчезают с глаз, есть ли они?

«Театрального капора пеной». Руку опустишь в горный ручей, бьётся о ладонь вода.

Сначала осознаёшь, что родители, казавшиеся по долгу службы, по положению, взрослыми, – были вчера-когда начиналась наша с Васькой жизнь-почти 30 лет назад – моложе меня сейчас. Как это вообще может быть? Дети ведь не бывают старше родителей. А потом понимаешь, что почти все родные и любимые литературные герои моложе меня. Ну, вот только старый Джолион на двадцать с лишним лет старше.

Сегодня вечером в уплывающем свете, в катящейся жизни, – мимо овощного прилавка с грудами разноцветных яблок, мимо двух столиков на углу, на которых стояли пустые кофейные чашки, а люди выпили кофе и уже ушли, – и последние несколько метров до остановки возле церкви – прыжками наперегонки с подкатывающим автобусом.
Tags: бумканье, дневник, из окна, эхо
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments