mbla (mbla) wrote,
mbla
mbla

Categories:

Пятнадцать бесполезных сведений (воспоминаний?) о книгах

gasterea и crivelli соблазнили.

Попробую с относительной хронологией.

1. Первая прочитанная самостоятельно книга - "Волшебник изумрудного города". Лет в 5. Дело было на даче - папа прочёл первую главу и уехал в город. Долго - любимая книга, умные мысли про дружбу оттуда в тетрадочку выписывала.

2. "Винни-Пух" - любимое из любимых, мне было 6 лет, когда он вышел - читаю его всю жизнь, знаю наизусть, самая мудрая философская книжка. Больше люблю его у Заходера, чем по-английски - потому что "не странно ли, что волки не могут жить на ёлке" и потому что "я стоял на носу и держал на весу задние лапки и всё остальное" - всё это поведневная необходимость, сплошной источник цитат.

А "Алису" можно и совсем не давать. Не люблю ни по-русски, ни по-английски, ни в том переводе, ни в этом, хотя демуровский всё-таки лучший.



3. Детские болезни - в кровати с альбомами, огромный альбом русского музея, дарственная надпись: "О Вика-свет, сей красочный букет полотен Русского музея" приносят в дар Олег, Элиазар". Знаю, что у мамы когда-то давно, до моей жизни были такие друзья - Олег и Зорька. Картинки из "Огоньков" - от бабушкиной соседки по квартире. Лет в 12, когда уже давно забыты детские болезни с картинками в кровати, в доме появился альбом Модильяни, кажется, чешский - пронзило на всю жизнь. Лет в 14 на несколько дней в руки попал альбом Шагала - обе бабушки, увидев картину "Шаг" закричали - "а в Витебске она на доме висела" - и стали вспоминать точно, на каком.

4. Самое чудесное - придти из школы, дома нет никого - и на родительскую тахту с книжкой. А если осенью, так ещё к тахте приставить громадную корзину яблок - антоновка, штрифель, штрифлинг - волшебные запахи. Мечта о полном собрании Жюля Верна. Любимая книга "Таинственный остров", любимый герой Сайрус Смит. "Три мушкетёра" раза по три в год, пока вдруг не отрезало - а по-французски я попробовала несколько лет назад - скучища, так и застряла на первой главе. Ещё "Кон-Тики", особенно подготовка к экспедиции - чего взять, чего не брать, где чем разжиться.

5. "Гаргантюа" и "Дон-Кихот" для меня - в пересказе Заболоцкого, так и не одолела "нудных" взрослых изданий с переводами Любимова.

6. Чтение вслух - ежевечерняя радость. Мама одни книги читает, папа другие. Мамины - Джером, Марк Твен - смешные, папины - серьёзные. Так вслух впервые был прочитан Диккенс - папа снял с полки "Большие надежды" - прочёл случайно открытую страницу, потом "Дэвида Копперфилда" - тоже несколько абзацев с произвольного места. Из "Больших надежд" попалось загадочное - что-то такое с подвенечным платьем, обратившимся в прах, из "Дэвида Копперфилда" - совсем не помню что. Я выбрала "Большие надежды". Впервые вслух - Мопассан - рассказ "Папа Симона". Общее папимамино вслух - "Швейк".

7. "Дорога уходит в даль" - проецировала на себя - папу на своего папу, казалось, так похож. Девочка Саша упрекала своего папу в том, что он не революционер, я внутренне упрекала родителей в том, что они не борются с советской властью, даже вот по поводу Чехословакии на площадь не вышли.

8. Лет в 13 впервые прочитала "Войну и мир" - с тех пор я её время от времени читаю, не пропуская рассуждений - до сих пор всегда оказывается интересно. Тогда же, после первого прочтения, обсуждали с папой - толстовские герои намного живее кучи соседей и знакомых. Сначала главным был князь Андрей, потом Пьер, потом опять Андрей... "Анну Каренину" тоже читаю время от времени.


9. Лет в 11 кто-то из подружек дал "Жизнь" Мопассана - прятала её в ящик письменного стола. Мама случайно нашла и чуть не умерла со смеху. Читалось как ликбез, а в результате страшное разочарование. Так и не поняла - как же! Думала, что понимаю уже совсем, но сцена на Корсике ввела в заблуждение - ведь люди должны быть голыми, а на Корсике дело на прогулке происходит, и как-то не похоже, тчоб раздевались. Как же я удивилась, когда прочитав лет пятнадцать назад "Жизнь" по-французски, обнаружила, что это совершенно замечательный роман.

10. В 14 лет прочитала "Мастера" - была уверена, что это лучшая книга всех времён и народов. Запомнила наизусть целыми кусками. На весенние каникулы поехала в Москву к папиному двоюродному брату. У него была приятельница с сыном Игорем - моим ровесником. Дядюшка решил нас познакомить, чтоб Игорь меня развлекал. Мы встретились в очереди в Третьяковку. Первые минут 10 очень стеснялись друг друга и злились, что нас поставили в такую неловкую ситуацию. И вдруг как-то выяснилось, что мы оба читали "Мастера" - это было, как принадлежность ордену - когда после Третьяковки мы приехали к Игорю домой, его мама сказала, что ей кажется, что мы знакомы всю жизнь. Все каникулы мы общались - не только с Игорем, но и с его другом Генкой, тоже читавшим "Мастера" - из людей, которые есть в моей жизни сегодня - Генка - самый давний друг.
Сочинение после восьмого класса я написал на вольную тему. Тема была: "За что я люблю свою Родину" - я любила её за литературу, и прежде всего за то, что был Булгаков. Наша восторженная, увы, слегка глуповатая учительница, страстная поклонница Вознесенского, поставила мне пять, а в 9-ом классе принесл почитать перепечатку "Собачьего сердца". Вышеупомянутый Генка тоже написал сочинение на вольную тему - по эпиграфом "Люблю отчизну я, но странною любовью".

А "Мастера" я разлюбила - исподволь, постепенно, но бесповоротно. Осталась для меня только сатирическая часть - пиджак, подписывающий бумаги, "Славное море - священный Байкал", "его превосходительство любил домашних птиц", да ещё то, что москвичи были бы такие же люди, как все, если б их не испортил квартирный вопрос.

11. В 9-ом классе вслух был прочитан "Круг" - с фотографий - лист А4 - 4 страницы. По вечерам приходила слушать ещё моя любимая подруга Оля со своим папой. Это был такой жизненный поворот. Мы мечтали поехать в Рязань и спросить у Солженицына, как жить. Однажды папа принёс домой и подарил мне солженицынскую фотографию - я поставила её на письменный стол. Сразу после моего окончания школы "Круг" на фотографиях опять попал к нам - мне разрешили приводить читать кого угодно, но из дома не выносить. Дом стал проходным двором - целый день приходили "читатели" - мои приятели, приятели приятелей. Кстати, так я познакомилась с bgmt - его привели "круг" читать. bgmt был на 8 лет старше и пребывал в возмущении неосторожностью моих родителей - однако, читал.

К устному экзамену по литературе после 10 класса мы с Олей готовили ответ по теме "труд в советской литературе" по Ивану Денисовичу.

Я попробовала перечитать "Круг" лет 20 назад - на горе, мне попался новый вариант, в котором Солженицын испортил всё что мог... Старого не стала перечитывать, пусть уж остаётся та память...

12. Однажды, классе в 8-ом, я пришла домой и застала папу с мамой на кухне, папа читал маме из журнала, а у мама почти плакала - на меня зашипели, чтоб я не мешала - это были только что напечатанные в "Иностранке" "Носороги". Я села на табуретку - мы в тот день поужинали чем-то, не помню - не встали, пока не дочитали - помню только, как герой хотел стать "Носорогом" и не мог.

13. Классе в 9-ом Хемингуэй - сначала прочитанный папой вслух "на Биг ривер", потом захлёб, полный, совершенный. Я и сейчас люблю Хемингуэя, "Фиесту" - очень сильно - могу читать и по-русски, и по-английски, и так, и так люблю - "я не напиваюсь, я просто попиваю винцо"...

И ещё Бёлль - "Глазами клоуна" - коньяк не пьют из рюмок, а руки греют подмышкмами. Запахи по телефону - долетающая через телефонную трубку капустная вонь. Чуть позже "Биллиард". Фраза о последнем пьянице, идущем к проститутке не только за удовлетворением физических потребностей - сильнейшее эмоциональное потрясение и воспитание.

И Сэлинжджер. У меня был приятель, который говорил, что после "над пропастью во ржи" хотел написать Сэлинджеру письмо с вопросом: "откуда Вы про меня знаете?"

Бунин - московский дядюшка снял с полки том и дал прочитать рассказ "В Париже" - до сих пор любимый. Одно время страстно любила всю книгу "Тёмные аллеи", сейчас, кажется, осталось два рассказа - "В Париже" и "Холодная осень".

И тогда же у того же дядюшки - Казаков. "Двое в декабре", "Осень в дубовых лесах". Перечитывала со смешанных чувством - остаётся бренчание ведра, с которым спускается герой к Оке за водой, остаётся лыжня и холод, и городская слякоть - ушли совсем проблемы героев - к чему, зачем - лучше б и было ведро да лыжня...

14. И ещё лет в 14 - "Сага о Форсайтах" - личные отношения с героями - любила Майкла, старого Джолиона, потом Сомса, терпеть не могла Ирен. Любила Флёр, не выносила Джона. "Сагу" до сих пор могу перечитывать. Книга, из которой я вынесла больше всего английски слов - читала, выписывала, выучивала.

15. Лет в 15 достала из ящика "Новый мир" - открыла неизвестную повесть, и всё - не оторвалась, пока не прочитала. Это был "Обмен". До сих пор люблю Трифонова, особенно "Долгое прощание", "Другую жизнь" и "Время и место" - да, странный случай, не очень поначалу талантливый человек, гадкий первый роман - и нет точнее о времени и месте.

15 пунктов - как мало, согласна с crivelli - хоть 15 раз по 15!

И стихи - отдельная тема, совсем отдельная. Наверно, надо продолжить, хоть пятнадцатью - о стихах.
Tags: книжное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 83 comments