March 1st, 2006

Ворчливое

Вчера ночью с неба посыпалось – нет, не вкусные сладкие булки, а снег.

Он кружился под фонарями и не таял на асфальте.

Я вышла с Катей, – в час ночи было очень тихо и, наверно, пахло совсем иначе, во всяком случае, катин нос приклеился заснеженному газону.

Сегодня утром дядька посыпал из ведра песком мостовую в нашем переулке, тротуар, лестничные ступеньки. Тонкий слой снега на льду и на траве.

Второй год подряд – в начале марта – снег.

А ведь в хорошие жирные годы – в конце февраля вовсю цветут вишни, не отдельные хиленькие-маленькие цветочки на некоторых деревьях – такие и в декабре бывают – а пышные парящие кроны.

Куда идёт мир? В Риме фонтан Треви обсижен туристами, как мухами, в Париже снег в марте – а казалось, февральская весна – радость, которую нельзя отнять, впрочем, как и площадь Испании, где на ступеньках среди олеандров хиппушного вида длинноволосые молодые люди – казалось, что так всегда будет...


А кто-нибудь следит за здоровьем дядюшки Гольфстрима? Как он там? Жив ли – повторяю я вопрос, который в воздух задавала ровно год назад.

Может быть, надо ему помочь? Развести на дне моря бооооольшой костёр?