September 3rd, 2007

«Младая будет жизнь играть»

На скамейке у леса часто сидит старый толстый дяденька. Насупленный, и дышит с присвистом. Похож на сапожника. Того, который обретался на углу шестой линии и Среднего лет сорок назад. Или не на сапожника, а на чистильщика сапог в будочке, где скамеечка для ноги в ботинке и много банок с ваксой?

При нём старая толстая собачка – чего-то нюхает под деревьями, не скучает. Мне кажется, что тётеньки у них нет – дяденька с собачкой.

А сегодня собачки не видно было. Дяденька нас не заметил, и я побоялась подойти...

Как называть старую женщину с тонким добрым и умным лицом, про которую никак нельзя сказать – старая дама? Старая девочка?
Она ходит с большим жёлтым беспородным псом, а если вдруг встречается нам без него, то всегда останавливается поговорить с Катей. Пёс не любит шерстяных собак – такая уж у него фобия. Год назад ходил ещё с ними старик с палкой, с трудом ходил...

Пожилой мужик, всегда, казалось, шёл из булочной – с багетом наперевес, а рядом огромный светлый лабрадор. Нет, в лесу бывали они без багета, Нюша очень этого лабрадора любила, всегда нос ему в ухо засовывала...

И большая толстая тётенька с ужасающим акцентом, чешка, она ходила с решительным скоч-терьером. А по субботам выпивала с мужиками у стойки в нашем кафе в столбах дыма.

И старушка с толстой таксой, им обеим трудно было ходить, они с палкой добредали до скамейки, долго сидели. Иногда с таксой выходила соседка.

Огромный пёс, помесь дога с носорогом, умер зимой, тот, что жил у шофёра тяжёлого грузовика в обществе сначала пяти собак, потом четырёх, и взвешивался вместе с грузовиком и хозяином. Прожил лет четырнадцать, длиннющая жизнь для такой большой собаки.
....
Вокруг, конечно, много щенков и детей...

Collapse )

Об идиотизме и реалиях

Читаю у Фроста вот это стихотворение

Evening in a Sugar Orchard

From where I lingered in a lull in march
outside the sugar-house one night for choice,
I called the fireman with a careful voice
And bade him leave the pan and stoke the arch:
'O fireman, give the fire another stoke,
And send more sparks up chimney with the smoke.'
I thought a few might tangle, as they did,
Among bare maple boughs, and in the rare
Hill atmosphere not cease to glow,
And so be added to the moon up there.
The moon, though slight, was moon enough to show
On every tree a bucket with a lid,
And on black ground a bear-skin rug of snow.
The sparks made no attempt to be the moon.
They were content to figure in the trees
As Leo, Orion, and the Pleiades.
And that was what the boughs were full of soon

И – ни фига не понимаю.

Sugar Orchard? Это что ж, сад под снегом?

Какой-такой кочегар?

Про сотворение мира всё понятно, но кто ж искры-звёзды в небо запускает, отвлёкшись от сковородки?

И ещё вёдра – ну, не похожа крона в инее на ведро, да ещё и с крышкой!

Наша книжка Фроста – с рисунками – небольшими, на полстранички, перед многими стихами. Я читаю стих, а на картинку не смотрю, будто и не ко мне относится. Наконец чисто случайно карандашный рисунок всё-таки цепляет взгляд – и я вижу деревья, у которых к стволам привязаны ведёрки – с крышками, между прочим.

Радуюсь – ха – это ж кленовый сироп собирают!

Включается tarzanissimo – из него же сахар добывали выпариванием!

tarzanissimo существенно лучше меня читал приключенческую литературу – подробности изготовления сахара путём выпаривания кленового сиропа он знает из «Таинственного острова», от инженера Сайруса Смита.

Ну, и как всё это переводить, чтоб примечание не оказалось длинней самого стиха?

...

Мы читали Фроста, а на столе под самыми нашими носами ухмылялась банка кленового сиропа, привезённая geish_a из Канады. Я с этим сиропом на завтрак творог ела.

Если б не банка, может, так и не догадалась бы?