March 18th, 2008

Бууууу – плач такой с мыком

Король Генрих третий подослал убийц к герцогу Гизу за то, что тот мешал ему помириться наконец с гугенотами, а увидив мёртвого Гиза удивился, что он такой громадный – громадней живого, а потом и короля Генриха убил фанатик, и Генриха четвёртого другой фанатик. А ещё все эти герцоги с королями очень любили друг на друга нападать и разрушать друг другу жилища. Правда, иногда устраивали поэтические турниры, и бандиту Вийону вон первую премию Шарль Орлеанский дал, А Франциск пригласил Леонардо и поместье ему подарил.

Путе-водитель. Поверни направо, поверни налево, прямо вали, – тебе говорят.

И остался нам месяц, и мы не понимаем, какую же часть мы уже написали.

Обычно у меня не было во втором семестре курса в Дефансе, а тут попросили прочитать совсем несложный курс, и я согласилась.

И опилки в голове зацепляются друг за друга, и скрипят. И когда сцепятся окончательно, то я начну рассказывать студентам про мудацких Людовиков, и напишу в путеводителе, что при повороте направо перед глазами непременно появится симпатичный конечный автомат и защёлкает, надо полагать, зубами.

Друг наш В.К. рассказывал, что в Тель-Авивском университете давали каждый год одну и ту же лабораторку по физике, в ней надо было померить по солнцу-по тени высоту водонапорной башни. И никто ничего не мерил, а все перекатывали друг с друга, и проверяльщики не считали, а смотрели в ответ. Но однажды нашёлся студент, у которого ответ был неверный, а когда ему поставили плохую оценку, он возмутился – он был чеееестный, он вправду сходил и померил. А башню, как выяснилось, надстроили за время, прошедшее с первой давней лабораторки.

Когда я смотрю в книгу, или в интернет, я иногда с лёгким страхом вспоминаю эту историю.

И не знаю, возьмут ли меня за труды живой на небо, а главное нет уверенности, что я этого хочу.

Короче – не обессудьте, если я кому чего не ответила – Лев Николаич Толстой очень любил играть на балалайке – пишет «Войну и мир», а в голове «Тирлим-бум-бум»