July 26th, 2008

(no subject)

В Англии практически все люди время от времени попадают в присяжные. Для большинства это довольно досадное неудобство. Время отнимает.

Одна моя знакомая мне рассказывала, как ей пришлось участвовать в суде над молодым человеком, которого обвиняли в торговле наркотиками. Доказательства были достаточно бесспорные – у него в подвале нашли склад.

Присяжные - самые обычные люди, не интеллектуалы, не адвокаты, была среди них домохозяйка, был рабочий - пытались найти какие-нибудь поводы для сомнения, какую-нибудь лазейку, позволяющую оправдать.

Нормальная реакция – понятие о презумпции невиновности, впитавшееся в кровь. И нежелание мстить… Реакция, обеспечивающая нормальную жизнь общества.

Фильм «12 разгневанных мужчин», где мальчика обвиняют в убийстве отца, и одному из присяжных удаётся убедить остальных, что улики – не доказательства.

У меня сливаются в одно глухое и удушливое ощущение три истории – скандал с усыновлениями за границу детей из России, убитые во дворе музея собачки, приговор по новгородскому делу…

В реакции самых разных людей на них прорывается наружу злобная еле сдерживаемая в повседневной жизни агрессия – как хорошо, когда можно растоптать слабого с чувством, что совершаешь справедливое действие, караешь зло! Агрессии дали возможность законно вылиться.

Во Франции только что погиб забытый в машине кровный ребёнок – родителям пытаются оказать хоть какую-то психологическую помощь – произошла страшная трагедия, как жить с такой виной…

В Америке погиб забытый в жару в машине усыновлённый ребёнок из России. Что ж, нашёлся ещё один повод, чтоб запретить усыновления за границу – пусть лучше дети при случае помирают на родине, пусть подвергаются унижениям в чудовищных по большей части детских домах, пусть детей с ДЦП считают кретинами, потому что такая у них мимика, пусть себе растут без любви, но только не дать им шанса на нормальную жизнь – а вдруг плохо кончится! Кстати, бьющие себя в грудь по этому поводу, отнюдь не усыновляют детей из детдомов!

Две собачки жили во дворе музея, в том же дворе незаконно открылся ресторан, и ресторанщики отравили собачек. Люди брызжут ядовитой слюной – правильно отравители поступили, а вдруг собачки ребёнка какого-нибудь испугают. Я, кстати, уверена, что люди, ненавидящие собак, детей тоже не любят – разве что своих. Часть общей нелюбви к живому. То, что для каких-нибудь детей, которые с собачками этими дружили, их убийство – реальная тяжёлая психологическая травма – это неважно – глаза горят праведным гневом – убить, убить. В Средние века люди смотрели на казни, сейчас не предоставляют такого выхода для агрессии – так что остаётся только радоваться, что кого-то убили!

Приговор по новгородскому делу – по статье, по которой минимум – 8 лет! И опять рассуждения – ну, а вдруг Тоня виновата – и никакого дела нет этим воюющим за справедливость ни до каких судеб – плевать им не только на Тоню, но и на девчонку, дочку, которой калечат жизнь, у которой наверняка уже совершенно реальные психологические травмы.

Справедливость по этим людям – это не попытка оградить общество от опасности, а простая тупая месть. Ату её, ату – те же люди, которые сколько-то веков назад разрывали на части настоящих или воображаемых преступников.

А некоторые ещё и рассуждают про то, что без соблюдения законов правового общества не построишь. И невдомёк им, что без презумпции невиновности, без человеческого отношения к живому – к собаке или к человеку – общества, в котором можно жить, не будет…

Слов действительно нет…