January 1st, 2009

(no subject)

Олег Юрьев напомнил мне о зимних поездах.

Как совершенно незаметно отплывала Красная стрела ночью от перрона Московского вокзала. Как разносили проводники чай в стаканах с подстаканниками. И расплывались фонари за окнами, и из окон дуло, и раскалены были печки, и нечем было дышать.

И утром Ленинградский вокзал, и запах поездной гари, и встречал меня мой самый старый друг Н - обнимались, выходили на снег, грязный, но чище, чем в Питере.

Олег Юрьев сказал - Ленинградская эскимоска к московским чукчам?

Синеет небо за окнами к концу первого урока. Гололёд сегодня на лесных дорожках, и туман забивается в горло.

И кричат чайки - приземлишься - примёрзнешь. Спят нутрии.

Лыжные электрички - тающая грязь под ногами, апельсинные корки, запах лыжной мази.

Где-где-где плюс десять градусов? Слабое солнце, сияющие ветки? Жрёт пространство этот сизый туман.

А дома тепло, молоко с мёдом, последнее ёлочное сияние.

Щёлкнула новая последняя цифра, в будущем году щёлкнут две.

Спит в ванной пробежавшаяся по мокрой глине Катя, спит в своём домике Гриша.

И плывёшь в чёрном космическом пространстве в центре прозрачного пузыря, покачиваешься слегка, свернувшись калачиком, держишь в руках разноцветные ленты, привязанные к другим прозрачным пузырям. Главное - рук не разжимать.