March 13th, 2010

(no subject)

В детстве мои любимые цветы были тюльпаны. Наверно, советская привычка расставлять по ранжиру - любимые цветы, любимая книга, любимый поэт.

Первые тюльпаны доставались на день рожденья - один-два-три - в начале марта тюльпаны были дорогие и редкие - почти тропические птицы - время ведь мимозовое. Я тогда до изнеможения любила Булгакова и каждую весну вспоминала про жёлтые цветы, которые первыми появляются в Москве - пожимала плечами - как же можно их не ценить.

Потом на девятнадцатилетие Н привёз мне из Москвы 19 тюльпанов, вызвав недружелюбные реплики - подумаешь, клумбу ободрал - каждый может. Это был первый день рожденья без родителей, и один из немногих случаев в жизни, когда я допилась до свинства и беспамятства - водкой с клюквенным соком, родители поили народ на новоселье этим вкрадчивым по ощущению безалкогольным напитком.

Тюльпаны забылись за жутким позором.

Тогда же примерно я сожрала тюльпан - где-то неподалёку от любимого моего памятника - Крузенштерна - мореплавателя, который по выражению slashdown стоит как философ, - на спуске к Неве сжевала невкусный тюльпан.

Стоят в стеклянной банке тюльпаны, которые вчера принёс vovaminkin, пахнут горько, притягивают взгляд - не ослепительные - оранжево-розовые с матовыми листьями, толстыми стеблями в воде за стеклом - что-то в них несгибаемое, от стойких оловянных солдатиков - подняли головы и смотрят решительно вверх.

Из всех цветов тюльпаны больше всех приспособлены к маршу. И этот горький запах с хрустом. Равняйсь! Вперёд! И никакой тебе расслабленности - одна лишь решительность и готовность к походу. Воинственные тюльпаны. Настоящие мачо.

И даже Гришка, уважающая силу, не пытается отъесть им головы. Что им коты и кошки - и даже когда опадут лепестки, стебли с тычинками всё равно будут копьями вверх торчать. Несгибаемые.