March 31st, 2011

правильное мартовское

Вчера в середине дня, пасмурного, вышла за калитку кампуса, чтоб снять каких-нибудь цветочков ко дню рожденья tangirbassa.

Цветут нарциссы на клумбах и в траве, тюльпаны, одуванчики, гиацинты, примулы, анютины глазки, медуница, фиалки, мята, ирисы, вишни, магнолии, разные не-знаю-кто...

Незабудудки, которые tarzanissimo выбрал для Тани.

...

А вот ещё всякое - для тех, кто ждёт-не дождётся...



Collapse )

9. Клочья памяти. Америка. Лето 1979.

8. Клочья памяти. Америка. Первый день. Июнь 1979.

Медленно ползло первое американское лето. Неподвижный пригород, липнущая мокрой простынёй жара. Из ледяного супермаркета – на белесую пустую банную улицу.

Мы сдуру послушались совета знакомых и не купили долларов за 50 какую-нибудь ещё вполне подвижную, не развалившуюся, груду металлолома. До магазина было два шага, и мы таскали оттуда, прижимая к груди, большие бумажные мешки с провизией.

Была б машина, ездили б на океан, бестранспортные – ходили гулять по главной улице в кампусе – Thayer street, а ещё на кладбище – Blackswan cemetery, – оно служило парком – травка, аккуратные в линеечку могилки, американские флажки, и над входом транспарант – welcome.

На Thayer street я впервые увидела потрясшего моё воображение бобтэйла – не было в России таких собак – огромный мохнатый, глаз не видно – лежал на коврике у входа в какой-то магазинчик.

Через пару дней после приезда я спросила у нашего знакомого, благодаря которому мы оказались в Провиденсе, а где же тут город. Он никак не мог взять в толк, о чём я – давно привык к бесконечному пригороду, в котором жил. Потом сообразил – «а, downtown, только кто ж туда гулять ходит?» Пожал плечами и повёл нас.

В Провиденсе downtown и в самом деле внизу. А кампус выше. Так что город мы увидели сначала сверху. За неделю до того мы глядели сверху на Флоренцию... И при взгляде на обычный, ничем не выдающийся из тысяч других, американский downtown во мне зашевелилось острейшее ощущение чужого – кожей – чужого. Узкие траншеи улиц между лишёнными выражения домами. «По вечерам – сказал Марик – там лучше не гулять».

Посещения супермаркета были ещё одним развлечением. Насколько я помню, выдавали нам 40 долларов в неделю – на еду, потому что квартиру нам оплачивали. Очень интересно было рассматривать коробочки и бутылки – «мексиканский обед», гавайский пунш. Пару раз, несмотря на дороговизну, мы что-то такое купили – пунш я помню – сладкий, химический. Хлеб был белый и ватный. И помидоры из холодильника бесвкусные.

По субботам мы покупали эклеры – зачем мы это делали, объяснить трудно, – супермаркетовские пирожные, совершенно пластмассовые. Но покупка эклеров – это было для нас явно знаковое, а не гастрономическое действо. Завершение недели.

Collapse )