January 3rd, 2013

(no subject)

Гриша аккуратно, встав на задние лапы, передними сняла с ёлки маленькую стеклянную снежную бабу (бабку, бабушку, бабочку?) , оставив на ветке железные усики, входившие распоркой в дырку на бабкиной голове, – бабушка упала и разбилась, – нет, не на мелкие дребезги, – так, на пару кусков.

На ёлке у Красной шапочки есть шансы встретиться не только с Серым волком, но и с Медведями – всеми тремя, и с Дедом Морозом, и со славной лошадью качалкой – серой в яблоках. Кого только нет на ёлке.

А главные – домики под заснеженными крышами, – что там за светящимися окошками происходит, или за отражением в прозрачном шаре собственного, залитого светом окна, – моё окно отражается два раза – в стенке шара, повёрнутой ко мне, и со смещением в задней стенке тоже.

Что-то вроде волшебной двери у папы Карло, той, на которой нарисован очаг.

А за дверью у каждого своё.

Моё детское щастье – уверенность во всемогуществе родителей – любую беду руками разведут – а я вот недавно поняла, после уймы лет в должности управляющего делами, что больше и не хочется, чтоб кто-нибудь у меня это ценное место отнял. Нет, куда мне до фельдмаршала Марьи Синявской – но простой скромный управляющий – это я. Так вот и становятся карьеристами, когда вдруг понимают, что должность управителя отдать не хотят.

А что у меня за дверью, кроме, очевидного, осязаемого с этой стороны двери – тянись, настоящее, покачивайся сегодняшнее, какое есть – лучшего не надо. Раз уж нельзя открутить назад цифирки года – ррраз с отщёлкиваньем, как на будильнике.

Можно, конечно, глядя голодным котом на ёлочные огоньки,подумать о том, чего не случилось,– позавидовать Джой Адамсон, или там Кусто, или Трифонову, – ну, а толку  завидовать, глядя, например, на некоторые фотографии Шпилёнка – на кабанчика в снегу, или на самую мою любимую – когда лис заглядывает в окно, на подоконнике лампа горит, и из нутра тёплого дома снято – на ледяную снежную наружу.

А можно собственным побренчать в карманах – ведь всю жизнь балансируешь между предвкушением и памятью, – неуловимо настоящее, оно так стремительно превращается в прошлое.

Или попросту порадоваться тёплой зиме, траве на газонах, чавканью глины в лесу под ногами и кислому горячему щавелю со сметаной и крутым яйцом – кастрюльке супа, получившейся из мокрых листьев, собранных 31 декабря.