April 3rd, 2013

Я тут процитирую письмо от gasterea с записями - Васька был бы ужасно рад!

"Вчера к нам неожиданно заехали Крысочка и Даглас и мы поняли, что мы хотим сделать.

Все, конечно, очень наспех и криво, ребята опаздывали в театр, я пыталась пожарить картошку по сарлатски на утином жиру, а в процессе Арёк решил, что ему надо срочно поесть, Мурёк - что надо срочно покакать, а Илью вообще срубило, так как он сутки не спал (в общем, наш традиционный бардак, Ваське бы понравилось), но мы все же выбрали каждый по стиху и прочли.

Так что сегодня мы будем с вами даже чуть более, чем мысленно - вот наш канадский tribute.

Читает Крысочка

http://youtu.be/y2buHIh7PR4


Читает Даглас (одновременно героически курощая Арька)

http://youtu.be/-_t2paXryUs


Читает страшный бородатый

http://youtu.be/LuNslZ873ZA


Читаю я (тот самый стих, написанный аккурат в тот день, когда у нас родился Арёк и к которому я так и не успела написать коммент)

http://youtu.be/ZX8vAfX0tPQ "

(no subject)

До Тани я никогда не общалась с пуделями.

Ну, какой ещё она пудель – полпуделя, четверть пуделя – с писклявым голосом, чёлкой на чёрном носу и толстой щенячьей попой.

Это Васька решил, что раз уж ньюфа никак, пусть будет королевский пудель. Это он был знаком с белоснежным огромным Геком, который всюду сопровождал Лёву Друскина, ездившего в инвалидной коляске. В Тюбингене, где Лёва прожил свои последние годы, они даже в лес ходили за грибами – Лёва в коляске, Гек – рядом.

Я думала – пудель – изящная собака на цокающих копытцах – на картинках всегда такие, на картинках они не пытаются грызть колючие зелёные коробочки каштанов, не лезут в ежевичные кусты.

Но на картинках ведь не пудели, поселившиеся волей собачьей судьбы в квартире фокса с ньюфом.

Души домовладельцев носятся по дому – глядят из угла за креслом, вертятся на компьютерном ободранном стуле.

Я приобрела для Тани отличный мягкий матрас, – толстый удобный собачий, про который купившие его, как я, по сети, отзывались очень положительно – дескать, собаки сразу же этот матрасик начинают любить, как родной, только там и спят.

Таня его тоже полюбила – она его жуёт и с ним сражается, она таскает туда свои игрушки, кухонные полотенца или, если недосмотришь, кроссовки. Но спать там? Какой порядочный ньюф спит на матрасе? Ни Катя, ни Нюша бы не одобрили – и Таня спит на полу – под специальной для проветриванья решёткой, вставленной в стену – оттуда тянет холодом – но ей нипочём – надо же быть достойной Кати, которая там вечно полёживала! Однако Таня может то, чего Катя не могла даже трёхмесячным щенком, наверно, просто Кате не повезло, что она попала к нам, когда ей было почти 3 месяца, если б пораньше, у неё б тоже получилось, как у Тани – по ночам Таня спит в глубине под кроватью, в тёмной пыльной глубине, среди завалившихся туда бумажных платков и прочей дряни – туда не всякому пролезть. И я всё жду, что однажды она за ночь вырастет и придётся поднимать кровать, потому что ей будет не вылезти.

Таня достойна Нюши и Кати – она, как юный пионер, доведёт начатое ими дело до конца – догрызёт наш замечательный деревянный стол, который когда-то Васька самолично покрыл лаком, который, когда собирается толпа, оказывается нам мал, – но как же расстаться с этим важнейшим из столов – его покрывал лаком Васька, об него тёрлись кошки, и Гриша королевственно по нему ходит, и его жевали-жевали-жевали. И Таня не подводит, старается – грызёт, не покладая зубов. «Перед лицом своих товарищей торжественно обещаю...»

Именно глядя на этот стол Васькин друг Толя Шагинян сказал, слегка раздвинув большой и указательный пальцы – «ума – во, зубы – вооо» – говоря про зубы, широко развёл руки. Он вспоминал свою собаку – сенбернариху Марфу. Когда-то в Ленинграде  был очень знаменит шагиняновский  театр одного актёра, он разное ставил, в частности Толя театрализованно читал переводы, которые тогда захватывали свободой и волшебством другой жизни – Васькины переводы, переводы Жорки Бена...

Кошка Кошка любила собаку Нюшу лесбийской любовью. У Гриши с Катей были совсем иные отношения. Гриша любила Катю больше всех, нежной любовью ребёнка к старшей покровительнице, почти матери. А после Кати любила – Ваську, вечно она сидела у него на коленях, когда Васька устраивался в кресле.
Отношения с Таней Гриша строит иначе – у неё вторая юность, они с Таней носятся друг за другом по квартире, Гриша победительно лежит на Танином матрасе, всем своим видом показывая – долго же мне пришлось ждать, чтоб наконец мне приобрели диван. Но есть и другое – Кошка, ау, кошка Кошка – Гриша занялась растлением малолетних, – зоопедофилией, как ты когда-то с Нюшенькой – она подставляет хвост и жопу под Танин язык, она призывно разваливается на спине, потом переворачивается и наслаждается, когда Таня толстой лапой, выданной, как всем большим собакам, на вырост, гладит её. Может, пора снимать порнофильмы? Васька только этого не увидел...

А вчера вечером на разрытом газоне Таня мышковала, она зарывалась с рыком в землю носом, скакала, и лапами тоже рыла, отбрасывая землю. И я сказала ей, что, между прочим, мы заводили пуделя, ПУ-ДЕ-ЛЯ, а не фокстерьера!

И тут Машка воскликнула – «да просто господь бог считает, что у тебя всегда должен быть фокс». И да – против природы не попрёшь!

Васька. Пёс Васька. Фокс Васька с котиным именем.