January 25th, 2014

Вопрос к маколюбам

Не к тем, кто любит булки с маком и не к любителям опиума.

Скажите, как можно отключить на планшете коррекцию орфографии?

Я могу жить с самсунговской, где чтоб принять исправление, нужно нажать на предложенное слово, но маковская, где чтоб НЕ принять надо нажать на крестик, вызывает у меня неконтролируемую ярость.

Я сейчас много печатаю в автобусе, то есть на планшете, при этом я не очень смотрю на страницу, потому что печатаю быстро. Ну, и когда потом гляжу на получившийся текст – поубивал бы!

Пишешь ааа – видишь папа. Кстати, неполиткорректно! Куда феминистки смотрят? Почему не мама и не баба Маша?

В общем, если кто совет даст, буду благодарна.

(no subject)

Раз в неделю я занимаюсь французским. Дело в том, что я ужасно завидую тому, как говорят, и особенно, как пишут культурные люди.

И когда, как положено раз в год спрашивать у всех сотрудников, у меня поинтересовались, не желаю ли я чему-нибудь поучиться, я сказала, что очень хочу - французскому языку. На меня наша начальница отдела кадров поглядела с некоторым изумлением, но возражать не стала.

Ну, и кроме меня нашлись желающие: двое англичан, один американец, один бразилец.

И пригласили нам учителя – человека по имени Клод, который иногда у нас студентам-старшекурсникам преподаёт communication (собственно, тот самый французский – как на нём изъясняться в письменном виде, да и устно – как доклады делать, как аргументировать). Когда несколько лет назад я с Клодом пересеклась в первый раз, мы разговорились, и он произвел на меня большое впечатление тем, что не только читал Бахтина о Рабле, но и считает, что это лучшее, что о Рабле написано.

И теперь два часа в неделю он занимается с нами языком. Человек симпатичнейший – из людей 68-го года. Собственно, эта его жизнь, с преподаванием там-сям, среди людей этого типа нередко встречается. Особенно гуманитарных. Точники всё ж куда легче находят постоянное место. Кстати, мой шеф – из таких же людей, по образованию инженер-электронщик, стал преподавать довольно рано, но постоянную работу захотел достаточно поздно, в сорок, а до того предпочитал не зацепляться, храня свободу, – а ещё и немножечко пел – оперное.

Я не знаю, пытался ли Клод где-нибудь осесть – производит впечатление он вполне довольного своей птичьей жизнью человека – вот сейчас собирается на свадьбу к приятелю-джазовому музыканту в Нью-Йорк, сам играет на трубе...

А возвращаясь к французскому – я ужасно давно не занималась языком и забыла, как это приятно. Просто поговорить про язык, попытаться понять, почему что-то так, а не иначе, и убедиться что не по кочану - не по кочерыжке.

На занятиях мы всё время скачем с темы на тему, и весело получается.

Очень был у нас занимательный разговор в последний раз. Les condamnés ont eu leur tête coupée – сказал Клод. По-французски, если отрубили им головы, а не голову, дык получится, что у каждого голов несколько – драконы многоголовые.

А по-английски-то – had their heads cut off. Вообще-то логичней.

А по-русски можно хоть так, хоть эдак. Хоть всё ж скорее приговорённым отрубили голову – одну на брата.

Потом я спросила у Клода, если какой-нибудь способ, кроме чистого запоминания, узнать где re, а где ré. Аааа - сказал он – если отнять re, то получится существующий глагол – refaire, redire... Чистое повторение действия. Ну, а например rénover, и нет глагола nover, вот и ré. Тут он замер на минуту и вспомнил про renouveler – а глагола nouveler тоже нет, как нет. И развёл руками...

Увы, у нас будет всего 13 что ли уроков, и наверняка я не на все смогу ходить... Вот уже вчера пропустила...