May 7th, 2014

Написалось неделю назад...

Расцвела акация. А нашу во дворе срубили. Нет, городские службы честно выполнили обещания – разбили сквер, снесли сарайного вида домик, где был детский сад, а в выборы наш избирательный участок – детский сад перевели в соседний дом, участок тоже. И рябины посадили, и берёзы. И обещанные волосатые дубы – появились они даже раньше срока, не в апреле, как было написано на стенке, а в марте – только безволосые, обычные.

Наверно, акации наши устарели – скрипучие огромные – и большой газон, окаймлённый дубами, теперь на их месте.

Но в октябре они сыпали на асфальт «осеннюю мелочь», а в мае – швыряли под ноги лепестки. И ночью под дождём мы с собаками вдыхали этот прошитый запахом воздух, гружёный памятью – пошлостью белой акации, фырканьем моей юности – «расцветает белая акация, слышно в небе пенье соловья, у меня сегодня менструация, значит, не беременная я» – только в Питере белая акация отродясь не расцветала, жёлтая – да, из её стручков свистульки делали, да и просто жевали их в свое удовольствие.

Вот в васькином Ростове, от которого я видела только железнодорожную платформу,  по дороге в Невинку, в горы, и на ней возмущённых местных людей, – мы с нынче базельской подругой Ленкой поимели наглость в жарком вагоне вырядиться в шорты и выйти из поезда погулять, – там-то вовсю они цвели. А я акацию небось в Париже впервые увидела – юг, что тут скажешь – в сравнении с ленинградской зимой самый что ни есть юг.

Хлопну в ладоши, обернусь мелким пушистым зверьком с треугольными ушами, которого неделю назад я видела из окна машины на газоне в индустриальном пригороде Велизи, и буду по ночам разгуливать в волнах запахов и прохожих пугать – непременно в дождь – пахнет в дождь сильней – а может, ночами и шастаем мы под нашей акацией с Васькой и с собакой Нюшей, и с собакой Катей – вдыхаем сладкий пошловатый волшебный запах – «белой акации гроздья душистые».