May 29th, 2015

(no subject)

Передача, которую я про France cul постоянно слушаю по дороге на работу, – такая общая болтовня разных людей с радио с каким-нибудь приглашённым политиком, писателем, философом, учёным... Иногда приглашённых несколько.

Ведёт её очень мне приятный Брис Кутюрье – чуть старше меня, конечно же, из активных юных участников 68-го, когда-то сильно левый, сейчас очень ироничный по всем поводам – по ощущению чрезвычайно свой...

Недавно я попала на болтовню с нашим премьером Вальсом – он мне вполне симпатичен и я с удовольствием общий трёп послушала – про то-сё, пятое-десятое – политику-экономику-книжки, а заодно про фламенко, отдавая дань каталонскому происхождению Вальса и тому, что его дед был музыкантом.

Но я не о нашем премьер-министре, а исключительно о плодовой мушке, о которой заговорил один из журналистов-участников передачи – я бы его назвала профессиональным ёрников...

Он сказал, что прочитал, что в каком-то из английских университетов учёные (небось, британские) выделили у простой дрозофилы ген, отвечающий за весёлое раннее вставание.

Оказывается, некоторые у некоторых дрозофил утро доброе, а другие (вот прямо как мы, совы) утром вялые, и кабы умели разговаривать, точно бы сказали, что утро добрым не бывает.

И вот утверждают британские учёные, что есть ген, отвечающий за активность, и у сов и жаворонков он разный – по крайней мере, у дрозофил.

Ёрник перешёл от плодовой мухи к вопросу о том, как бы сделать так, чтоб каждый из нас (а не плодовых мух) работал, когда ему удобней всего. А то ведь жизнь очень несправедливо устроена – нам, бедным совам, приходиться служить жаворонками.

Впрочем, иногда будильник выдёргивает из очень неприятного.

Вчера мне приснилось, что я познакомилась с милейшей свиньёй – пёстрой с розовым пятаком. Мы дружили.
Но вдруг непонятно почему эта свинья оказалась зажаренной – целиком на блюде, и гадкий человечишка, похожий не то на официанта с зализанными волосами, не то на конферансье с шуточками (Васька про них говорил – к нам приехал массовик с вот таким затейником) эту жареную мою подругу всем представлял – и она была по периметру окружена каштанами, которые по неизвестным причинам он называл фадеянами.

Куда приятней весёлым жаворонком до будильника проснуться и ужасов таких не помнить...