December 23rd, 2015

(no subject)

В воскресенье на базаре студенты конкурирующего инженерного заведения собирали денежки на покупку компьютерного оборудования для африканских школ – а в обмен на монетки выдавали в благодарность шариковые ручки – я выбрала красную, чтоб удобно было двойки ставить!

А потом мы поехали гулять и за ёлкой на плантацию на ферме, где мы год назад ёлку покупали.

На дорожке через поле на краю леса Рамбуйе – навстречу пара очень немолодых людей на велосипедах – поздоровались – они мимо проехали – а улыбки и лёгкий укол куда-то там, где невстречи с нечужими, – остались...

Прошлогодняя ёлка была всем хороша, а нынешняя – мне перед ней немного неудобно – она огромная и голубая – не для дома, а для целого Дома Культуры. Мальчик, совсем юный, сказал, что это ёлка-переросток, и её всяко придётся спилить, и нам он отрежет верх – раз, и готово...

На стенках деревянного сарая снаружи висели омелы с прозрачными ягодами, внутри гирлянды свалены на деревянном прилавке, и стоял осязаемый полумрак второй половины зимнего дня... Мальчик маму позвал – как и в нашем семейном овощном, забавно слышать как человек при работе зовёт – papa, maman – а сам пошёл к ёлкам со следующими покупателями – высоким мужиком в ретрошляпе и женщиной с милой улыбкой. Пока Бегемот со Славкой привязывали ёлку на крышу машины, незнакомцы вернулись с совсем маленькой ёлочкой. В багажник уместилась... Фонари у въезда на ферму вмешивали свой неяркий свет в угасающий дневной, а среди лампочек на гирляндах, наброшенных на кусты, подрагивали не опавшие жёлтые листья.

Ёлка в этом году колючая и пахучая. Иголки кислые крепкие. Расправилась, ветки из угла вытянула чуть не до середины гостиной – и даже мы её не переукрасили – Ваську я всегда останавливала – ему дай волю – он бы завесил так, что и зелени не видно.

Достаёшь игрушки из картонных коробок, год живущих на антресолях, и вдруг их час настаёт – достаёшь-здороваешься: гирлянду, где в домиках окошки горят, Гастерея привезла этой осенью из Финляндии, прозрачный шар с выпуклой зелёной веточкой прилетел от Ани из Нью-Йорка, волшебный паровоз с собакой-машинистом от Аньки, и северные олени, которых очень любит терзать Гриша, – они небьющиеся – поэтому на нижних ветках – тоже прискакали из Финляндии от Гастереи – по почте год назад, окошки без домиков – отдельные убежавшие из домов окна – от Машки, старинная тяжёлая прозрачная стеклянная конфета от Марьи Синявской, а мы с Васькой когда-то выбрали – мой любимый шар с домиками под снегом, лошадь-качалку в яблоках, медную трубу...

Открываю вечером дверь – стоит ёлка живым присутствием – и сразу включаю гирлянды, и вспыхивают «глаза котов в заоконной стране».