August 16th, 2016

(no subject)

Не совсем ещё полная, почему-то отчасти овальная, луна мешала глядеть на звездопад, слепила здоровенным фонарём в дверном проёме. Обычно, когда луны много, но ещё она не кругла, видно, что отрезали от лунной головки сыра шмат, а тут, будто эту сырную голову слегка сплюснули с боков.

Но несмотря на фонарь, сделать усилие и не заснуть сразу, мне не удалось.
Только недолго музыка играла – я попыталась не проснуться от Таниного лая, мне это не удалось. Я наорала на неё, втянула её на порог на длинной верёвке, которой ночью она привязана к ножке кровати.

Опять попыталась заснуть. Опять проснулась. Таня стояла в саду, вытянув верёвку на всю длину, и орала.

Встряхнувшись, я решила посмотреть, что же там происходит, и подошла к ней.
Из-за кустов раздавался треск, шум и крайне самодовольное хрюканье. Было совершенно очевидно, что там их много – моих друзей. Казалось, прямо за кустами, куда проникнуть они вообще-то не могли – там же проволочный забор, и вечером я включаю ток…

Я вернулась за телефоном, чтоб посветить в кусты, спросонья не подумав о том, что надо было пойти к забору по узкой дорожке между кустов, и там-то уж я б их увидела – в лунном свете.

Хруст, хрюк, чавканье, топ – бессмысленно было ругать Таню – кто ж не залает от такого почти вторжения.

Пришельцы потоптались ещё и удалились, Таня заснула, а я сквозь сон слышала всё удаляющийся лай соседских собак, по лаю можно было отследить, куда они шли по дорожке между садами позади нашего дома.

Утром у наших ворот я поглядела на разрытые ямы, на примятые кусты.
А вечером вчера мы с Таней в роще у моря видели большого серого зайца, - ну, видела его я, он удалялся ленивыми прыжками, а Таня уткнула нос в его след за несколько метров до самого зайчищи, которого и не приметила.

За нашим посёлком вверх в холмы – лес, и вдоль моря за нашим посёлком тоже лес, береговая тропа то идёт по верху, то спускается прямо к воде, пока в конце концов не прерывается на время, упёршись в заросшие лесом скалы.

И всё равно всегда изумляюсь – как же это пространство заселено, какое оно живое, – и вокруг людей в домах, окружённых садами, которые иногда и не сады – просто прилегающие к дому куски рощи, вокруг в кафе на пригорке над пляжем полуголых людей, развалившихся на лежанках перед столиками, – сколько неучтённой незаписанной звериной жизни. А прибавить морскую жизнь если… И где днём спят гекконы, которые по вечерам ужинают под лампой?