July 26th, 2019

(no subject)

Сегодня я наконец поняла на собственной дублёной шкуре, что означает «вывели козу».

Это когда из сорока градусов за окном делается 30 – и раскрываешь окна, и чуть не прыгаешь, глядя, как гнётся от ветра тополь, и надеешься, что промчавшийся на курьерской скорости дождь, опрокинется на дома и газоны с удвоенной силой, – и пусть заливает комнату, и пусть хлопают двери!

После дня в бункере, в бомбоубежище при электричестве с закрытыми ставнями, так что ни лучик не просочился, – вдруг просто жаркое лето, когда градом льётся пот, и хочется жить в море, в озере, в реке, в крайнем случае, под душем, – жаркое лето.

И всё-таки не взять мне в толк, каким образом африканская жара шарахнула по нашим средним широтам – по парижскому району и северу, по Германии и Бельгии, по Англии – не затронув Прованса – в Марселе 32 – отличная июльская марсельская температура. И как это дыханье пустыни Марсель обошло? Ну, что в приморской Бретани и в приморской Нормандии 22-24 – это понятно, но этот горячий суховей – он пронёсся над Марселем, его не затронув? Пролетел навстречу мистралю по долине Роны?