November 3rd, 2019

(no subject)

Под воскресным дождём, из сеявшегося через сито сделавшимся не ливнем, конечно, но настойчивым нехолодным барабанным по куртке дождиной, в лесу народ. Бегуны, велосипедисты, человеки, собаки.

У Тани причёска совсем сделалась плоская, мокрые пуделиные кудри облепили башку. А уж грязна она – до самой спины. Впрочем, и мои штаны не сильно чище, а уж у бегунов ноги и лица и вовсе в чёрных пятнах, и велосипедисты хороши – спины, ноги, велосипеды.

Мимо нас пробежал мужик – быстро, потом вернулся навстречу нам, и опять мимо – и опять за спиной – но в обществе – он на бегу выпасал семейство на велосипедах – девчонка лет восьми в красной куртке чёрного цвета улыбалась радостно, мальчишка лет шести, явно только недавно овладел лесным двухколёсным велосипедом – мужик слегка его поддержал за спину на повороте с дорожки в лесное бездорожье. И мама – с огромной блаженной улыбкой на морде. Вот сейчас ещё покатаются – и домой – но ванна в доме, небось, одна, – куда непомытых деть в ожидании?

С двух сторон от шлагбаума, закрывающего непроезжую дорожку, глубоченные лужи, – пришлось перелезать...

Впрочем, это и не перелаз вовсе. Тут недавно разрыли по каким-то то ли по водопроводным, то ли ещё по каким надобностям кусок улицы, отделяющей Люксембургский сад от Обсерваторской аллеи, и закрыли вход на Обсерваторскую аллею. Со стороны Монпарнаса и фонтана есть вход, а со стороны сада нету. Мы шли с выставки английской живописи через сад и упёрлись в закрытую калитку. Ну, как и прочие люди, которые там гуляли, перелезли невысокий железный заборчик. А тётенька с большим английским сеттером с веснушками на носу, развела руками завистливо – сеттеру не перелезть – им пришлось по тротуару.

Меня Юлька когда-то спрашивала, что я люблю в нашем сегодняшнем времени, – я тогда, кажется, забыла добавить в список, начинавшийся с интернета, – а то, что седые дяденьки и под краской седые тётеньки, не задумываясь, лезут через заборы, и что можно не иметь «приличной» одежды.