April 9th, 2020

(no subject)

Болтали утром впятером про наш новенький с иголочки курс математического моделирования.

Сидит себе каждый, развалясь, за спиной картинки на стенках, книжные полки. Вроде и на работу никто у нас не одевается, как есть ходят в драных штанах, коли штаны продрались, но всё ж лекции читают в рубашках застёгнутых, а тут – Даниэль прям в расстёгнутой на шерстяной груди. А я дома, ясное дело, орудие мелких пыток-лифчик не надеваю. Ну, остальные в футболках – нежное лето началось. А про штаны только предполагать можно – ходят ли люди дома в штанах.

Болтаем с кайфом, – я, трое парижан и Джамила, застрявшая в Алжире, куда она перед самым карантином отправилась проведать больную маму – хоп – и не вернуться. Хорошо, что нет никакой разницы, по тимсу занятия вести из Парижу, али из Алжиру.

Жорж, похожий с седой бородой и в седых лохмах на лешего, вдруг нагнулся и поднял к экрану, чтоб нам показать, голубого благородного кота с колокольчиком на шее – оказывается, не кота, а кошку. Сказал, что сестру её показать нам не может, сестре нипочём карантин, она по двору шастает. И похвастался – у него котиная дверца в дверь вделана, и через эту дверцу только сестрицы могут пройти, на их чипы дверца реагирует и распахивается, а чужим котам не раскроется. Я Гришу отловила, показала народу, и Гриша, чтоб в грязь мордой не ударить, свой нрав продемонстрировала, погрызя мой палец на потеху публике. Тем временем и Сестрица Кошатенька (цитируя достопочтенного Лейденского Луку) соизволила вернуться, оказалась чёрной с белой грудью. Жорж, нежно поцеловав гулящую за ушком, на моё предположение, что, может быть, у сестёр отцы разные, возмутился и сообщил, что он отлично знает их дворового отца! Он не какой-нибудь там алиментщик нерадивый, он не пожелал остаться неизвестным!

Тополь за окном, распахнутым в цветочные-лиственные запахи, уже совсем зелёный, облака плывут пышные, – мы поболтали ещё немножко, решили, что пора и делами заняться – Жорж говорит – «ну, я на крышу» (бывают же буржуины такие, крыша у него видите ли!), я отвечаю – ну, а я с Таней гулять, – «а в огороде тепло-тепло, а в огороде тихо-тихо» – идём с Таней и с Бегемотом, а на балконе, выходящем на полянку возле городского пруда – развалился голый (ну, может, трусы на нём и были) гражданин, по телефону разговаривает, щурится. Буржуинищи – уууууу – крыши, балконы у них, – домовладельцы, садовладельцы – раскулачить!. А Гриша сегодня раньше времени решила, что пора съездить куда-нибудь – и только что залезла в свой купейный вагон – котиную переноску – тащи чай, проводница, стели постель!