mbla (mbla) wrote,
mbla
mbla

Categories:

Конрад Лоренц, «Агрессия»

Читаю и наслаждаюсь.

К сожалению, перевод корявый, а по-немецки я не умею.

«Давний сон – полёт – стал явью: я невесомо парю в невидимой среде и легко скольжу над залитой солнцем равниной. При этом двигаюсь не так, как посчитал бы приличным человек, обывательски обеспокоенный приличиями, – животом вперёд и головой кверху, – а в положении, освящённом древним обычаем всех позвоночных: спиною к небу и головой вперёд. Если я хочу посмотреть вперёд – приходится выгибать шею, и это неудобство напоминает, что я, в сущности, обитатель другого мира. Впрочем, я этого не хочу или хочу очень редко; как и подобает исследователю земли, я смотрю по большей части вниз, на то, что происходит подо мной.
«Но там внизу ужасно, и человек не должен искушать богов – и никогда не должен стремиться увидеть то, что они милостиво укрывают ночью и мраком». Но раз уж они этого не делают, раз уж они – совсем наоборот – посылают благодатные лучи южного солнца, чтобы одарить животных и растения всеми красками спектра, – человек непременно должен стремиться проникнуть туда, и я это советую каждому, хотя бы раз в жизни, пока не слишком стар. Для этого человеку нужны лишь маска и дыхательная трубка – в крайнем случае, если он уж очень важный, ещё пара резиновых ласт, – ну, и деньги на дорогу к Средиземному морю или к Адриатике, если только попутный ветер не занесёт его ещё дальше на юг.»


Подписываюсь! Только я важная – мне ласты нужны, без них я неуклюже ползу, а не лечу.

Это пролог – Лоренц отправился на флоридские коралловые рифы, чтоб посмотреть, как ослепительные рыбки, которых он изучал дома в аквариуме, ведут себя в естественных условиях.


.........

За два года, которые я прожила во Флориде, мы ездили на рифы четыре раза. Два «увы» – первое – от нашего Гэйнсвилла до Кивеста миль 400 – день дороги, а второе – до рифов не добраться вплавь – только на прогулочном катерке, и поплавать дают часа полтора – безбожно мало.

По дороге ребята с катера (их, кажется, двое, не считая рулевого) рассказывают всякие байки – про акулу по имени Джордж, например. Это нестрашная дружественная акула (так утверждает капитан катера) – всё ясно – встреча с акулой не исключена, но не опасна – над рифом мелко, туда разве что маленькому акулёнку водоизмещение позволит заплыть.

Катер бросает якорь – до рифа несколько метров. Спускаемся по лесенке, плюхаемся и видим глубоко-глубоко в изумрудной воде здоровенную барракуду – смотрим зачарованно и плывём к рифу.

Про риф не рассказать – какие тут слова – праздник – на хрупкие кораллы нельзя вставать – скользишь по поверхности, обтекаемый рыбами. Насыщение цвета – витражи в Шартрском соборе – только витражи – драгоценности в темноте шкатулки, а жизнь рифа – калейдоскоп в прозрачном стекле изумрудного оттенка.

................................................

Где-нибудь в плохоразобранных альбомах с наваленными друг на друга фотографиями должна быть – радостная – мы на катере голые в Рождество – зелёное море – белый пароход.
Tags: литературное, море, пятна памяти
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments