mbla (mbla) wrote,
mbla
mbla

Category:

Вспомнилось (навеяно разговорами вокруг постов tosainu)

как жили мы три месяца в Италии в 79-ом году.



Были частью столпотворения эмигрантов из России, – все мы получали социальные пособия и ждали виз в Америку, Канаду, Австралию.

Толпа из людей, поставленных вне привычных условий жизни, находящихся в стрессовом состоянии, не умеющих крутиться в новом для них мире...

Почти все мы жили в городке Ладисполи под Римом. Туда привозили из Вены (первый перевалочный пункт). В Ладисполи было относительно легко снять квартиру, был доктор, принимавший русских (ему за это платила одна из благотворительных организаций – между организациями была очень чёткая договорённость – кто за что отвечает, кто кого берёт на содержание).

Деньги нам выдавали раз в месяц – жить на них было трудно, но возможно. Квартиры снимали совместно, образовывали коммуналки.

Довольно быстро в местном супермаркете появилось объявление: «ни воровать». Что ж, попадали люди впервые в магазин, где лежат продукты на полках...

Однажды при мне старушка в небольшом магазинчике что-то попросила у продавщицы по-русски, когда продавшица принесла требуемое, старушка победительно посмотрела на меня и сказала: «Вот. Если хотят, так всё понимают».

А ещё по утрам эмигранты ездили на барахолку, продавать за деньги, казавшиеся тогда немаленькими, вывезенные фотоаппараты, и почему-то балетные тапочки ещё спросом пользовались. Ездили в поезде, стареньком таком поездочке, состоящем из отдельных купе, вход в которые прямо с платформы. Поездок был переполнен, спешащие на рынок заклинивали двери, чтоб ограничить толпу. Итальянцы, жившие в Ладисполи, имели обыкновение утренними поездами на работу ездить – это стало весьма проблематично.

Продавали друг другу сведения о квартирах на сдачу, появились квартирные маклеры, научили итальянцев брать деньги за автостоп.

Одно семейство повадилось приходить в благотворительную организацию и говорить, что остались без гроша, что у них украли деньги за месяц – раз – им поверили, два – поверили, в третий – шиш.

И делились на презирающие друг друга группы – ленинградцы, к примеру, презирали одесситов.

И почти все презирали «грязную» Италию и итальяшек.

Хорошее воспитание и образование, то, что в просторечии называется культурой, не всегда предохраняло от впадания в эту жизнь гетто. В коммунальные склоки периодически вступали вполне, казалось бы, интеллигентные люди.

Мне было 25 лет. Мы были вдвоём – ни детей, ни стариков, никакой ответственности, и же оба подрабатывали. Я – переводчицей у врача (мой русский французский, его итальянский французский), за что в придачу к пособию в самом конце нашего пребывания в Италии мне выдали деньги, казавшиеся тогда огромными.

Я влюбилась в Италию – на всю жизнь. Последний месяц мы прожили в Риме – носились по улицам и ездили в Венецию, Верону, Флоренцию, Неаполь, на Капри.

Мне было 25 лет, и всех этих людей я брезгливо презирала.

В 87 году я во второй раз прошла итальянскую эмигрантскую жизнь, – внешним наблюдателем. Я приехала в Вену встречать близкого друга и прожила с ним в Италии до самого его отъезда в Америку.

Мы сняли в Риме комнату в громадной квартире, в которой жил хозяин (студент-медик) и ещё девчонка-американка, приехавшая в Италию за приключениями. Иногда мы ужинали все вместе – наш хозяин варил громадную кастрюлю с макаронами, мы запивали их вином из не менее громадной бутылки, а потом садились в маленькую хозяйскую машинку и ехали кататься по ночному Риму.

По мраморным римским полам бегали пушинки от одуванчиков.

Эмигрантскую толпу мы видели очень мало – по дороге из Вены в Рим, первые пару дней в Риме в гостинице...

Они не изменились. Стоя у груды багажа, возле вокзала Termini, заметив проходяшего с чемоданом человека, кричали друг другу – «проверьте ваши чемоданы, здесь Италия», они жаловались, что в Риме грязней, чем у них на Подоле.

Портье в гостинице, стыдливо потупив глаза, попросил, чтобы я объяснила людям, что нужно мыться. И повесила объявление о том, что не надо воровать...

У меня больше не было ни снобизма, ни злобы, ни презрения – я уже знала, что всё у этих людей будет хорошо, что приедут они в свою Америку-Австралию-Канаду, что найдут работу, что научатся жить в этом новом мире, что всё отлично образуется. Они только этого ещё не знали.

И в автобусе из Рима в Ладисполи я с нежностью перевела одному мужику на итальянский список очень нужных слов, в котором фигурировали «сасиськи», помимо пива.


Люди, собранные в толпу, оторванные от привычных условий жизни, люди, перед которыми неизвестное пугающее будущее, люди, живущие на благотворительность, легко превращаются в стадо напуганных часто недобрых детей.

Это как москвичи, которых испортил квартирный вопрос.


В 79-ом году мне казалось, что благотворительные организации работают плохо. В 87-ом меня стало восхищать то, что они вообще справляются с этим потоком.

Давно хочу написать об эмиграции, но это так неподъёмно...
Tags: истории, люди, полемика, эмиграция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 86 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →