mbla (mbla) wrote,
mbla
mbla

Из Швейцарии 3

Из Швейцарии 2

Во французских Альпах дома каменные, а в швейцарских деревянные – просторные избы, стоящие на подклетях, а иногда на курьих ножках. Герани в горшках на окнах. Говорят, что во дворах таких избушек стоят роллсройсы.

Мне не хватало коровьих колокольчиков, тех самых, которые звенят в точности, как мачты яхт. Во французских Альпах живёшь под коровий перезвон. Наконец мы его и здесь услышали, пошли на звон как на дудочку Крысолова, встретили чёрных коровок, во французских Альпах коровки бело-рыжие.

Один бычок долго за нами шёл, мотая головой с колоколом на шее.

Сурки толстые мохнатые, хвостатые – пересвистываются, бегают по склону в гости друг к другу. Один совсем смелый – сидел под камнем, под порталом, ведущим в подземный дворец и меня ждал, смотрел круглоглазо и спокойно, пока я его фотографировала.

Черника созрела на осенних красных черничниках. И на завтрак черника с молоком – листочки в молоке плавают. Я люблю собирать чернику – сидишь на пригорке, сухие черничные листья между пальцами трутся, круглые ягоды по пальцам катятся, глухо стучат о пластмассовую коробку. Надо обязательно собрать на пирожки – в честь мамы с Бабаней, в честь пирожков, зажаренных на сковородке когда-то на керосинке, в честь ягод, собранных в Усть-Нарве в черничнике в лесу, где росли моховики, те самые, маленькие, которые в молочную бутылку через горлышко проходили, и их мариновали целиком.

Гигантские лиственницы с дуплами, тысячелетние, искривлённые ревматические стволы.

Рыжики свежие хрусткие, за пару дней засаливаются.

У моря я живу, а в горы приезжаю в гости. Сижу на каком-нибудь перевале, смотрю на снежник, ёжусь от ветра. С приятностью думаю, что поднялись на 700 метров. Подняться на 1500 ещё куда приятней постфактум, но предвкушение с лёгким сосаньем под ложечкой, и когда идёшь, прёшь – один верблюд, второй верблюд…

А плыть – раскрепощение, физическое счастье, свобода – если вода нехолодная – вроде, и предела нет. Только когда наконец выходишь, стаскиваешь ласты, маску, шатаешься слегка.

Сегодня мы были на искусственном озере – белесая мёртвая вода– плотина двухсотметровой высоты.

Собственно о чём я – всегда об одном – укладываю кирпичики в попытке рассказать историю без конца и без начала.

У любой прогулки должен быть какой-то закадровый смысл, какое-то подтверждение разумности существования.

Вот яблоневые сады на дне долины. Твёрдость яблок на зубах.

Секундная стрелка настенных часов перескакивает кузнечиком от деления к делению, обнажая дискретность любой непрерывности.
Тот сурок, которого мне удалось сфотографировать, получил в моём человечьем мире адрес и место во времени. Я могу думать о нём, как о личности, интересоваться тем, что он делает в данный момент.

А остальные – просто сурки…

И как же важно занимать эти пространственно-временные координаты.

Каждый – центр собственной вселенной… И рвёмся к подтверждению собственного существования – со стороны других вселенных.

И деревня с другой стороны долины – пригоршней огней – но теперь я могу её назвать и знаю, что дома там – деревянные избы. И тишина на улице, как и тут.

А что сурки по ночам делают, бог весть. Катя вот ненаблюдательная, ни одного сегодня не разглядела, тихо посапывает, подогнув лапы с огромными подушками.

А есть ли в мире запах нежней, чем у собачьих подушек?
Tags: Швейцария, дневник, из окна
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments