mbla (mbla) wrote,
mbla
mbla

О живности

Однажды в Бретани мы долго смотрели на бакланов, которые сидя на скалах сушили крылья. Вид у них был очень неуклюжий, казалось так странно, что водная птица должна каждый день подолгу сидеть на камнях с крыльями врастопырку. Зачем? Утки ведь не сушат крыльев. Правда, утки, когда ныряют, – всё равно толстые утиные попы торчат из воды, а уж если баклан нырнёт, так начинаешь волноваться, не утонул ли, пока наконец чёрная голова не появится из воды совсем не там, где скрылась.

Пару дней назад я перестала сочувствовать бакланам – после того, как я встретилась с одним под водой – сначала я не поняла, кто несётся стрелой над самым дном – чёрная торпеда с вытянутой шеей, стало даже страшно на секунду, пока не осознала – он, баклан, родимый. За умение так двигаться под водой можно и крылья посушить в свободное время!

***

Впервые мне удалось пожать жёсткую шершавую осьминожью лапу. Осьминог развалился на камне на небольшой глубине и не спешил уходить в щель, глядел вполне доброжелательно в отличие от чёрно-золотой мурены, открывшей навстечу мне пасть с рядами игольчатых зубов.

Бедные мышки, несчастные тушканы, – они живут в густой непроницаемой клумбе, под жёсткими кустиками – кончилась их мирное ленивое существование – серо-белый хищник залезает в эту густую кустистость, садится над входами в норки, сидит истуканом – и всё, нечего больше ходить к другу в гости, сиди в норке и не высовывайся – но всё равно вылезет любопытный мышиный нос, а потом вот находишь трупик на дорожке, и муравьи его едят.

А зелёный кузнец-молодец спасся, ускакал, и наглая серая морда рыскала в кустах – фигвам!

***

В доме напротив жили старики. Он – совсем сгорбленный, ноги переставлял очень неуверенно. Она чуть лучше ходила. Но до моря через рощу добредали.

Сначала мы их явно раздражали громкими воплями – звали Катю в роще у самого их забора, потом они к нам привыкли, улыбались приветливо, ключи передавали иногда. А в этом году их нет. Не пережили зимы? Или в старческом доме?

Почему-то важным кажется всё первое – первый поцелуй там, или первый бой – Евтушенку цитирую глупого – но ведь не только он – классическая точка зрения – первое – значит, незабываемое – а ведь на самом деле, – последнее – последняя прогулка к морю...

Я абсолютный эгоцентрик и соллипсист – есть мой мир, тот, на который падает глаз, хоть случайно, и остальной – картонные декорации... Хрупкая граница. Сгоревшая пожарная машина на холме – памятник погибшим в ней 20 лет назад людям... Сирена скорой помощи на дороге в солнечный день.

***

Васька – не водоплавающий, заходит в воду по шею и плывёт к берегу. Я вожу его купаться на маленький пляжик за рощей, там всегда полно младенцев. Тех, кому года нет, возят по морю в надувных лодчонках, один вечно так качается на волнах – на носу чёрные очки, на голове панамка, и задумчивый папа, почему-то не сняв шортов, в шляпе и с книжкой в руке, подталкивает утлый чёлн. А двух-трёхлетние уже многие плавают с надувными крылышками.

***

Тишина всегда звучит – ругаются сойки, листья шуршат, страницы книги. И разноцветные кроны закинуты в синеву.
Tags: дневник, море
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 34 comments