mbla (mbla) wrote,
mbla
mbla

Задувает то мёдом, то клейким тополем, бумажки вздрагивают на столе. И какая-то птица не умолкает – удивительно, как я не могу научиться различать голоса – совсем близко, на какой-нибудь ветке под самым ухом, невидимая в окне под потолком - дзззинь.

Можно попытаться сосредоточиться, или наоборот расслабиться, и выхватить очередную картинку – память – такой сундук, где свалено в беспорядке, – но иногда вытаскиваешь, пыль сдуваешь, начищаешь до блеска.

Вглядываюсь в лес из автобусного окна, пытаясь разглядеть, что ещё из земли вылезло.

В этом сундуке валяется картинка, почему-то важная, часто выхватывается  – апрельским вечером на закате в нашем лесу – кукушка, заросли крапивы, бревно поперёк дорожки. Кстати, слишком часто лапать – истреплется, запачкается.

Первый год в Париже мы прожили в самом центре в крошечной квартирке – мне тогда казалось немыслимым не в городе, не в гуще – ведь неизвестно было, удастся ли в Париже поселиться, не придётся ли возвращаться в Америку.

Совсем другая жизнь – вечерняя улица, столики, люди.

В первый вечер в Медоне на автобусной остановке – глухая тоска грызущая – маленькие домики с садиками, не-город, не-гуща,не-мелочь событий.

А сейчас, когда поднимаюсь летом по эскалатору, и острый запах свежести и леса,  – вот ведь – какая неоригинальная эволюция – впервые я поняла, что в жизни вне большого города может быть прелесть, когда год прожила в Альпах, в Анси.

Если вдруг в пятницу вечером в сентябре хотелось пожарить грибов, достаточно было пойти, хоть пешком, на горку в получасе от дома. И в озере купались до ноября.

Когда-то ульевость квартирного дома была почему-то залогом безопасности.

А сейчас очень хочется собственной грядки и дерева, - ну, хоть балкона, чтоб чай пить.

В юности пространством повседневности был город, а лес – пространством каникулярным.

А сейчас городское пространство – праздничность прогулки, древесное – её повседневность.

И ведь не огорчает.  Самодостаточность что ли увеличивается с возрастом? Не думаю – общения у меня, пожалуй, не меньше, чем в юности. Что правда – всё острей невынесение чужой, даже совершенно благожелательной, толпы. Потребность в личном простанстве.

Наверно, уменьшается нужда в потреблении культуры, и увеличивается – в негородском пейзаже.  Только выставка Моне за долгое последнее время по силе и способу воздействия не слабей какого-нибудь выхода к морю в Бретани.

В принципе, основной невроз – время, уходящее сквозь пальцы,  – бывает эскапизм – чтение любимого, а уж если никуда не удрал, так, вроде, – твоя ответственность за целостность собственного мироздания – того, на которое падает взгляд – и булочную не забыть, и полуголого человека с граблями в парке, и дрозда в гиацинтовой клумбе.

Ели на завтрак блины за уличным столиком – под жужжанье шмеля в огромном магнолиевом цветке над головой.

Tags: дневник, из окна, пятна памяти
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 26 comments