mbla (mbla) wrote,
mbla
mbla

Про истинное имя

Наконец-то я разобралась с дикими гиацинтами – нашла их истинное имя. А то без него мне всегда как-то неловко – вроде, общаешься с цветком, или там зверем, а как зовут, и не знаешь. Эй ты там, – синенький, беленький, аленький цветочек.

Когда я впервые весной попала в наш лес, у меня захватило дух от этих синих полей, сменивших поля бело-лиловых, как алжирская репка, ветрениц. На следующий год, когда появились листья, мы выкопали несколько луковиц и посадили в горшок. И стрелки вылезли, только не было в них настоящей синевы, так, голубоватость.

И только на второй год с ними знакомства, засунув свой не очень чуткий нос в толпу синих маленьких колокольчиков, я осознала, что этот их тонкий запах – конечно же, гиацинтовый. Так и стали мы их звать – дикие гиацинты, да и кисти их колокольчиков – гиацинтовые, только маленькие и вислые. Позаимствовав у Машки наш с ней любимый определитель растений Нейштадта, я попыталась по науке найти истинное имя – ну, и ни фига, дошла до вполне очевидного семейства лилейных – а дальше – стоп. Ну ладно, ясное дело, Нейштадт – определитель русской средней полосы, а не французской стороны.

В прошлом году Норвикус сказала мне, что в ихней Англии весной тоже поля наших гиацинтов, и называются они bluebells. Русско-английский словарь, в который я удосужилась заглянуть только пару недель назад, сообщил, что bluebells – это 1. колокольчики, 2. пролески (в Англии).

И только вчера я наконец решила поискать пролеску в интернете – и нашла. Узнала, что по загадочным причинам она называется сциллой (ау, Харибда!), что в России – это садовый цветок.

Обрадовалась и вспомнила мою в подростковости любимую книгу – Сагу о Форсайтах.

В Робин-Хилле, где Босини строит дом Сомсу – «в той роще, которую весна наполнила запахом земли и набухающих почек, пением птиц без числа, полчищем колокольчиков и нежной молодой травы,». Я недоумевала – ну, какие ж колокольчики весной, да и не растут они полчищами – и вот опять – «дальше, через вырубку, расчищенную топором дровосека, по смятому ковру колокольчиков»...

Удивительно всё же, что переводчика не удивил ковёр из весенних колокольчиков... А если и удивил, он виду не показал.

В голову приходит рассказ Бабеля... помню его очень смутно. И вот названия не помню... Мальчик хотел стать писателем и не знал, как называются деревья – и ему кто-то говорит – ну, какой же из тебя писатель, если ты не знаешь таких простых вещей...

У Ремарка в «Возлюби ближнего своего» немецкие эмигранты, которых пинают, как мячики, через разные границы, пытаются уцепиться за Францию – их высылают, а они возвращаются.

«Попросите, чтобы вас выслали через Базель. А вернетесь через Бургфельден. Из ресторана Штейфа позвоните в отель, находящийся в Сан-Луи, и попросите такси до Мюльгаузена, а оттуда — в Бельфорт.»

И сразу – ничего не понятно, – где ж находится этот Мюльгаузен? В немецкой Швейцарии, куда высылают через Базель?

И только, когда мы с Бегемотом тыщу лет назад добирались из Франции в Базель автостопом и стояли на дороге в восточной Франции, высоко подымая картонку с надписью Basel (жили мы тогда в Америке и не знали, что логичней было бы написать Bâle), и увидели людей с картонкой, на которой написано Mulhouse, мне открылась истина. Я изумилась тому, что люди стоят во Франции и не у самой границы, а уехать хотят в малоизвестный город в Германии, или в Швейцарии – как-то нелогично, – обычно проезжающим машинам показывают общеизвестные имена, пусть даже и промежуточных пунктов. И тогда мы всё ж поглядели на карту. Обнаружили, что город с таким дивным названием – он во Франции, и ремарковский Мюльгаузен – это Мюлюз.

Потом, читая в н-ный раз «Анну Каренину», я увидела, что Левин ездил изучать западные принципы сельского хозяйства в Мюлузу.

...

Как же мы повседневно изменяем то, что читаем, кроим под себя, под собственный опыт. Останавливаемся в недоумении, когда этого опыта не хватает, и лениво скользим дальше, не пытаясь связать концы с концами, не глядя в карты, справочники, не лезем в словари за незнакомыми словами...
Но зато до чего приятно заполнять дырки – штопать прочитанное – – учить хоть географию, хоть историю, хоть ботанику – собственными ногами, глазами, носом...
Tags: бумканье, из окна, книжное, переводы, пятна памяти
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 34 comments