mbla (mbla) wrote,
mbla
mbla

Category:

Галкин день рожденья

Галка попросила подарить ей на день рожденья давно задуманную прогулку в 32 километра, про которую мы уже несколько лет назад прочитали в книжечке с описаниями разных маршрутов.

От нашей деревни ехать к стартовой точке довольно долго – часа полтора. К тому же Бегемот стёр палец на ноге и попросил лёгкой пощады – ну, не 32, пусть будет 20.

Я очень люблю покупать книжки с описаниями походов и ходильные карты 250-метровки. Так что у нас их очень много. Васька всегда смеялся над этим моим пристрастием и говорил, что нафиг компас, когда по солнцу можно ориентироваться, и уж точно не стремился читать карты. Он хорошо знал дальнюю географию, – где какие острова – и смеялся над тем, что я могла искать в Тихом океане что-нибудь из Атлантического. А я намного лучше него знаю географию пройденного ногами, или проеденного колёсами – благодаря картам и описаниям.

В общем, мы выбрали славный круговой маршрут на 20 километров, и не сильно далеко от деревни – добираться до стартовой точки около часа по дорожкам-тропинкам, где в среднем больше 40 километров в час не поедешь. Поставили машину в бастиде Монфланкен. Тут этих бастид уймища – на каждом холме или крепость, или бастида, – то есть средневековый городишко по типовому проекту с центральной площадью с аркадами и воротами в крепостной стене друг против друга, с обоих концов диаметра.

Некая была странность в описании нашего похода – 20 километров предполагалось идти целых 6 часов 40 минут – вроде, многовато. Ну, и на карте между точкой под номером 3 и точкой под номером 4 были указаны какие-то трудности (без объяснения, в чём дело, просто цветовой код вроде как соответствовал трудному участку). А какие могут быть трудности в здешней мягкой холмистой местности?

Мы немного посокрушались по поводу дня рожденья, поговорили про то, что 49 куда как лучше, чем 51, а потом оптимистично заметили, что 51 очевидным образом лучше, чем 53. И отправились в путь.

Дорогу нашей машине перебежал большой зайчище, в очередной раз показав, что зайцы на кроликов похожи разве что ушами.

В Монфланкене мы поглазели на экскурсию от местного музея, которую вёл замечательный человек в средневековом костюме. Главными деталями одеяния были красный плащ и красный колпак.

Вышли из городка и пошли тропинкой между лугов. Дождей этой весной выше головы, так что все речки и ручейки полноводны, все глинистые дороги чавкают под ногами и засасывают в глинистую трясину – особенно Галку, которая ходит в тапочках. Тапочки на каждом шаге стремились зарыться в землю и там остаться.

Однако первой шлёпнулась я – через полчаса хода. Штаны мои и рубашка стали грязно-жёлтыми, и я указала Галке на то, что идти в деньрожденный ресторан в таком виде вряд ли возможно, да и её тапочки и голые ноги над ними заставляли вспомнить средневековых паломников. Даже и в магазин нас могут не пустить – мрачно сказала я.

Шли мы по лугам и лесам, поднимались на пригорки, над полем парили ястребы, над песчаным карьером вороны. А потом мы зашли в зелёный лес, практически сплошь из акаций и дубов, так что запах там сбивал с ног. Это был тот самый по книжке «трудный» участок. Что ж – трудность была – мы шли по глинистой дороге, иногда полностью перегороженной огромными лужами. Галка шлёпнулась два раза. Мы вытягивали ноги из чавкающей глины с гигантским усилием, обходили лужи, балансируя на крошечном участке суши между водой и колючками, скорость наша снизилась, и мы решили, что посчитаем 20 километров за 30. Запах акации притуплял бдительность.

Славка подобрал для Галки гигантскую палку – неплохое деревце, и она превратилась в самого настоящего пилигрима – грязные голые ноги, над ними грязные короткие шаровары, тапочки в глине, ну и я была хороша – в кроссовках, на которые налипли тонны глины. В конце концов Таня, желая перепрыгнуть через лужу, в неё упала.

Когда мы пришли к машине (через 6 часов) в славный солнечный вечер, все мы были хороши: мы с Галкой практически по пояс в рыжых пятнах, у всех башмаки в налипшей глине, и Таня прекрасного глиняного цвета.

О ресторане речи не было, надо было прикупить еды на торжественный ужин. По дороге в нашу деревню лежал городок Монпазье – здешняя столица мира, и мы решили, что там мы отлично всё приобретём. Приехали мы туда почти что к семи часам, когда магазинчики один за другим закрывались – схватили в булочной две буханки деревенского хлеба с толстой коркой и четыре ломтя обсыпанного сахаром яблочного пирога. Потом в тёмном магазинчике, похожем на нору, взяли подсолнухового мёда, выслушав лекцию о том, что обычно мёд нагревают, и от этого он делается почти прозрачным и жидким, а этот ненагретый – твёрдый светлый, прямо из сот залез в стеклянные банки.

И там же, у толстоватого слегка запышливого хозяина мы купили вина. Он продавал его вдохновенно. Мы купили то, что он посоветовал, и для каждой бутылки у него нашлись нежные причмокивающие слова. Про вино из соседского виноградника, 2008-го года, он с задумчивой лаской говорил, что оно в самом соку. Просто как мой дядя Меир, дальний родственник бабушки, у которого вксуная еда бывала трёх уровней – вкусно, амахаэ и самое восхитительное – эдакий жест кончиками пальцев – пш –ааа. А когда мы выходили из магазинчика, хозяин побежал за нами с напутствием – нужно открыть бутылку за два часа до ужина, но не переливать её в кувшин, потому что там слишком широкая поверхность, и почти прокричал нам вслед: «Эй, а есть ли у вас большие стаканы? Лучше всего понемногу разлить в большие стаканы тюльпановой формы и слегка повертеть перед тем, как пить, чтоб согрелось.»

За то время, что мы болтали с этим отличным человеком (всегда приятно поговорить с мастером своего дела) магазины с едой закрылись совсем. Но мы не стали унывать. И днерожденный ужин у нас был из картошки с селёдкой и цветной капусты, ну, а к этому отличное вино, клубника и яблочный пирог.

Галка поставила на газ картошку, потом велела мне потыкать в неё вилкой.

- Да готово совершенно, рассыпается
- Ну, не для Васьки готово, а вообще для людей?
- Дык совсем готово, Васька бы тоже сказал, что готово...

.......

Лев Николаич Толстой очень любил играть на балалайке – пишет «Войну и мир», а в голове тирлим-бумбум.

Сирень почти отцвела, запах акации лезет под кожу, белый пудель рыжего цвета на рыжей дорожке, укрытой белыми лепестками.
Tags: Васька, Дордонь, истории, люди
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 39 comments