?

Log in

No account? Create an account
Из колодца
летопись
mbla — криминал — LiveJournal 
Вот какой предмет появился на станции RER C Meudon-val-Fleury - прямо на платформе, точнее, на обеих платформах (в Париж и из Парижа) - друг против друга.



Я его открыла



Read more...Collapse )
7th-Sep-2007 04:44 pm - Малосвязное
Неделю назад мы пересмотрели формановский «Рэгтайм». Стало совершенно ясно, что когда я его видела в Америке, наверно, почти сразу после приезда туда, английского я, в общем, не понимала.

Очень хорошо помнила некоторые кадры – руки на рояле, залитая светом комната, трамвай в чистом поле, а сюжета не помнила совсем.

Вдвойне странно – я же читала когда-то роман в очень славном, как тогда казалось, аксёновском переводе.

Так или иначе, очень было интересно смотреть из сегодняшнего дня.

...

Сейчас вероятно не появился бы фильм, где один из главных и симпатичных героев – по сути террорист.

А 30 лет назад фильмов с некоторой симпатией к террористам было по крайней мере три: «Рэгтайм», «Забриски пойнт», «Семейный портрет в интерьере».

Мне представляется, что при всей отвратительности «Красных бригад» и тому подобных организаций, терроризм слева вызывал какой-то уровень не оправдания, но понимания у тогдашнего интеллигента. Привлекательность разрушения старого мира, летящего в синем небе баклажана, отвращение к так называемому мещанству, к лицемерию...

Любопытно, что изменился, пожалуй, и интеллигент и терроризм.

Сейчас мы имеем дело прежде всего с терроризмом «справа», но и интеллигент тоже сильно поправел!

Нынешние террористы рвутся в первобытно-религиозное общество, а нынешний интеллигент защищает стабильность.

Что ждёт нас на следующем витке?

В «Рэгтайме», впрочем, терроризм – скорее по образцу Веры Засулич, ответ на невозможность добиться справедливости легальным путём.

...

И совсем уже на другую тему.

Мы тут с the_bliu_rabbit, поедая зажаренную на гриле рыбку под глициниевой надстольной крышей, по которой бродила Гришка, выцарапывали друг другу глазки, обсуждая, чем определяется национальная принадлежность человека.

Он предлагал описывать свою в терминах: русский-еврей-англичанин-француз. После двух лет в Англии и семи, если я не ошибаюсь в счёте, во Франции. Я пыталась убедить его в абсурдности такого подхода.

А посмотрев «Рэгтайм», поняла, что не будь моих семи лет в Америке, я бы смотрела этот фильм снаружи, а ведь смотрю – изнутри, не будь еврейства, я бы гораздо хуже понимала бруклинские эпизоды...

Где бы ещё пожить? Впрочем, где – совершенно ясно – не досталось мне Италии...

А the_bliu_rabbit, когда я призналась, что увидела в его рассуждениях зерно, предложил рассматривать национальную принадлежность, как суп, а связанные с разными культурами стороны личности, как ингридиенты – морковку, горох, ох.
2nd-Sep-2007 12:30 am - С днём рожденья, gasan


Во рту у зверя перо от съеденной им птички.

Неисповедимы пути ассоциаций - глядя на этого крокодила, я вспомнила стих bgmt, совсем не деньрожденьческий...

Read more...Collapse )
Неделю назад вечером удивительное было небо - зелёное, розовое, лимонное.

Мы ехали на машине по окружной дороге, под этим небом уродливый железобетон приобретал драматическое благородство очертаний, ещё и благодаря солнцу, слепящему окна.

По радио сказали, что зима будет необычайно мягкой.

Моя первая парижская зима была такой - с прозрачной февральской весной.

Утром на окраинных улицах, где почти нет народу, каждое движение и неподвижность приобретают смысл и уникальность - не в толпе.

Вот ставни открыли на втором этаже маленького дома - над садом.

Лето - сад - балконные двери - абажур - запах цветущей липы - чай на веранде.

Вот две пустые чашки на столике углового кафе.

Витражи - вид снаружи - на замшелых стенах - какой-то давний приезд во Францию - туристами - целые дни болтанья по городу, впервые увиденная деревенская площадь - церковь, кафе.

Тема и вариации.

И жизнь - сплошные повторы. Сплошные ассоциации.

Сегодня вот грянула осень - солнечная холодная. И грибы в лесу наверняка стоят хрупкие - тронешь - зазвенят.

А вчера из окна машины - вдоль дороги - льнянка - мелкая льнянка, растущая летом по железнодорожным насыпям, по пустырям, да где угодно... Её ещё львиным зевом зовут.
16th-Oct-2006 08:05 pm - via inphuzoria
В ГАЗЕТЕ "ДЕЛО" САМУИЛ ЛУРЬЕ
НА ДЕВЯТЫЙ ДЕНЬ

Самуил Лурье

Чтоон, собственно, сказал? Практически — все как есть: убийство этойженщины повредило Государству (это, положим, оперативный псевдоним)больше, чем ее измышления. (Подразумевается — подтвердило их, ну прямокак назло.)

То есть объявил жертве строгий выговор, а убийцам— строгий с предупреждением: дескать, услужливый дурак опаснее врага.Себе же поставил, на всякий случай, алиби: как потерпевшему.

Норазговор шел за границей, в окружении сентиментальных западных людей,да еще в самый день похорон. Тут взвешенной оценкой не обойдешься.Акцию обязательно надо было осудить еще за что-нибудь. Помимо и сверхтого, что пользы от акции чуть, а неприятностей вагон. Онсосредоточился и осудил — за жестокость.

Хотя, между намиговоря, мгновенная, внезапная смерть от пули — далеко не худшее изтого, что может в России случиться с человеком, распространяющимклеветнические измышления. А также с любым другим человеком, если своимповедением или просто своим видом он возбуждает в окружающих патриотизм.

Например, с девятилетней таджикской девочкой в петербургском саду.

Так что упрек в жестокости — это натяжка. Придирка. Ума не приложу, какую он имел в виду гуманную альтернативу.

Какбы то ни было — пришлось что-то такое произнести. Такую фразу, чтобызападные отстали. Но чтобы и свои не почувствовали себя оскорбленными влучшем из чувств. Осторожно так: какими бы мотивами нируководствовались, преступление омерзительно. По своей жестокости. Ну ипару слов про меры, само собой. Что будут приняты. Или предприняты.Короче, вас не касается. А также не делайте из мухи слона.

Как видим, он не хуже нас с вами понимает, за что убита Анна Политковская.

Как и мы, догадывается — кем, но тоже вряд ли когда-нибудь узнает точно. И ему тоже неприятно и некогда думать об этом.

Несейчас. Когда-нибудь на пенсии, на благополучной старости лет. Отрастивбороду и вставив линзы. В европейском городке, посредине которого будетстоять Политковской памятник.

А я пишу здесь и сейчас. За окномиграет, как положено, младая жизнь: в милицейском культурном центреотмечают праздник кадровика. То ли ведомственный, то ли всенародный.

Такжене совсем ясно — в чью честь. В прежнее время кадровик — это былочто-то такое серое за железной дверью первого отдела в каждом крупномучреждении, недреманное тусклое око ГБ. Ничего особенно праздничного.

Нои подобные существа умеют веселиться (см. повесть А.С. Пушкина"Гробовщик"): после концерта — дискотека, и квартал слегка подрагиваетна подгнивших своих сваях.
Пляшут сержантки в кожаных мини-юбках.Пляшет, я думаю, петербургский ОМОН — вот которому (говорят — ирязанскому) только что Страсбургский суд выписал штраф. Точней — оценилихний профессионализм. 230, что ли, тысяч инвалютой за убийство пятерыхбезоружных — в их числе беременной женщины — в поселке, что ли, Алды,лет тоже пять назад.

Анна Политковская как раз и разбиралась(в "Новой газете") — чей ОМОН и что там было (был — кошмар), — и вотмертва. ОМОН же пляшет, потому что зачищали в масках, а значит — никтоне опознан, рязанский ли, питерский, а значит — никто не виноват. Аштраф заплатит (если заплатит) РФ — подумаешь, какая сумма:только-только на детскую онкобольницу. В общем, пустяки.
Вот я иговорю: за то, что подозревала, кто взорвал тогда, в 99-м, те дома вМоскве; и помнила, кто и как начал первую чеченскую и вторую; и каквелись эти войны; и знала, отчего умерли зрители мюзикла "Норд-Ост"; ипонимала, кто приговорил погибших в городе Беслан.

Но мало ликто и что помнит или подозревает, или даже понимает. Не убивать же всехтаких. И всех таких пока не убивают. И даже на тех, кто излагает своисоображения вслух, — плюют.
Но она собирала документы. Иустанавливала факты. И строила свои клеветнические измышления на них —на документированных фактах. Поэтому они выглядели совсем как правда,причем неопровержимая. И были реально опасны для некоторых — для многих— лиц. А также для целого сословия.

И лицам было обидно за сословие. То есть за державу. Которую Анна Политковская хотела лишить самого ценного — их.
Они, естественно, предпочли, чтобы держава лишилась — ее. Ведь это проще.

Конечно,можно было избежать этого убийства. И спасти престиж державы отпубликаций Политковской. Легко. Стоило только самим расследовать исамим опубликовать: кто взорвал тогда, в 99-м, те дома в Москве, отчегоумерли зрители мюзикла, и про все остальное.
Уверяю вас, народ невосстал бы. Сказать ему начистоту: так и так. Где-то просчитались —твоим же низменным инстинктам потворствуя! Проявили излишнююбесчеловечность — это было неизбежно: разве не все мы — внукипроклятого дедушки Сталина? Но стремились — к хорошему; кстати, давайобсудим: где оно — хорошее, — в какой стороне; лучше поздно, чемникогда, верно?

Да, видно, нельзя сказать начистоту. Должно быть, стремились все-таки не к хорошему. А только к тому, чтобы все боялись.
Политическая полиция всегда стремится к этой цели, но не в силах ее достичь без уголовных преступлений.

И потом, круговая порука — такая вещь: дашь слабину — замочат моментально.
Поэтому— любой ценой стоять на своем: скажем, зрители мюзикла скончались отхронических своих заболеваний. А кто сомневается, тот — враг. А есливраг не продается — патриот не промахнется.

Так что работаПолитковской была несовместима с жизнью. В частности — с нашей, господапросвещенные сограждане. С вашей, с моей. Мы ведь, согласитесь, так ижили — словно Политковской нет или она все выдумывает. То есть, всущности, ждали, когда ее убьют.
Почти как он. Почти такие же трусливые соучастники.

Что ж, будем жить так, словно ее не было. Тем более — документы изъяты.
Пускайвыступает на облаках. В Трибунале Убитых. Где председатель —Старовойтова, судьи — Сахаров, Юшенков, Щекочихин, Юдина. И Холодов. ИБоровик. И туркменская девочка Хуршеда.

И та женщина из поселка Алды. И все другие.
Тоже, наверное, дожидались Политковской. Теперь приступят к рассмотрению дела по существу.
9th-Oct-2006 04:56 pm - via inphuzoria
Вот что пишет в петербургской газете "Дело" Самуил Лурье:

ВСЕ ВДРУГ

Самуил Лурье

Что это такое было? А это была, по-церковнославянски говоря, первая неделя о грузинах. И что же дальше? А дальше, само собой, декада позора, переходящая в месячник ненависти.
Открытый, между прочим, урок православной культуры от звонка до звонка.

Поскольку в Грузии как раз эта самая культура живет лет этак тысячу шестьсот. И, значит, надо первым делом отменить историю этой страны.
И вот взбудораженный кретин (какой-то, что ли, депутат) в студии НТВ вопит: грузинский народ и существует-то с девятнадцатого века! — и его не вяжут, и никто не вызывает "скорую".

Затем отменяем географию. На РТР диктор, пуча каменные щеки, с этаким, знаете ли, старательно презрительным хохотком:
— Граница между Россией и Грузией существует исключительно на старинных картах да в умах некоторых грузинских политиков.

Потом пускай кто-нибудь из главных милицейских огласит результаты, полученные в самое последнее время наукой статистикой: оказывается, каждый сотый грузин — уголовный преступник.
Наконец, запускаем Говорильню — хоть Верхнюю, хоть Нижнюю — посоревнуйтесь: чей акцент смачней, чей анекдотец попохабней. И не забудьте состряпать резолюцию типа: трепещите, о коварные злодеи! сушите сухари.

Дальше карикатуры в журналах: огромные носы под огромными же кепками.
Наезды на казино, обыски на рынках, облавы в жилых кварталах. Плохие грузины повсюду — их высылают. Перекрыть транспорт в Грузию. И почту, непременно почту. Инициативы подразделений: Счетной палате подозрительна зарплата Церетели в АХ, Налоговому управлению — гонорары Б. Акунина.

Настоящая-то фамилия у него другая — грузинская.
Тут самого шустрого как бы осеняет: а перешерстить школы! Мало ли кто из детей укрывается там тоже под фамилией непрозрачной. Есть же у них преподаватели, есть одноклассники — пусть выявляют грузин и стучат, стучат.

Все это — в XXI веке, в государстве с канализацией — хоть и не повсеместной, — даже с Академией наук.
И ничего. Никто не удивляется. А кто удивляется — того не слышно. По телевизору судя — ни голоса против.

Даже кажется — танцуют все.
На самом деле работы еще, как говорится, непочатый край. Истерикой — да и то деланной — охвачены только низы: милиция плюс сфера интеллектуального обслуживания: члены т.н. партий, т.н. творческих союзов.

Остальные силы: Провинция, Люмпен и Алкоголь — еще на подходе.
Но ведь все это и есть смотр сил. Кому надо — сидят, считают: столько-то часов экранного времени требуется на то, чтобы отключить обывателю совесть, еще столько-то — вырубить здравый смысл.

Сюжет сериала не имеет значения: грузинский ли, чукотский. Важно, чтобы зритель чувствовал себя комфортно: дескать, хоть завтра на войну.
А я все-таки по-прежнему думаю: не завтра.

Хотя, конечно, некоторые, погнавшись за дешевизной, накупили себе вилл вместо Кипра в Абхазии. Ни пяди пляжа добром не отдадут.
Опять же иранские спецслужбы не жалеют валюты на влиятельных агентов. Поскольку мирный атом стыдлив: ему не по себе, когда аппаратура какого-нибудь НАТО бесцеремонно разглядывает его вблизи.

С третьей стороны, президент Грузии — неприятно представительный мужчина. Отвратительно высокого роста.
Так что вообще-то можно и на войну. Но не сразу. А прежде убедившись, что предводительствуешь людьми, в массе своей полагающими, что:

белое — это черное;
арест шпионов — это захват заложников;

Грузия — выдуманная страна: без истории, без территории;
грузин — синоним бандита;

внешней и внутренней политикой Советского Союза с 1939-го по 1953 год руководил Берия, грузин и бандит;
внешняя и внутренняя политика нынешней Грузии — такая же, какую проводил Берия;

внешняя и внутренняя политика Советского Союза была замечательная;
политика нынешней Грузии — мерзкая;

Грузия занимается терроризмом;
"Хезболла" и "Хамас" не занимаются терроризмом;

поэтому с "Хезболлой" и "Хамасом" следует иметь дело, а с Грузией — нельзя;
если выгнать грузинских детей из российских школ, овощи на рынке подешевеют;

черное — это белое.
Обладая подобной суммой убеждений, население пойдет за руководством в огонь и в воду. И с удовольствием там останется, если что.

Короче, в данный момент нам просто полощут мозги. Профилактика. Чтобы не засохли.
Даже верней — проформа. Начальники верят в свой народ: зря, что ли, Берия (а также некто Сталин, и некто Ежов, и некто Андропов) столько лет с нами работали. Оглянитесь на улице вокруг: не правда ли, на Нобелевскую премию никто не претендует.

Начальники ошибаются только в одном: воображают, что сами-то умней оболваниваемых подопечных. Но вертикаль, как говорится, гниет с набалдашника. И это внушает некоторый осторожный оптимизм. Но очень осторожный.
Потому как в сущности-то мы с вами, граждане, представляем собой общество обманутых соинвесторов. Как это у Зощенко — торговали кирпичом и остались ни при чем. Размечтались о стране с человеческим лицом — вложили обесцененную свою жизнь, а ее не хватило. Вот вам демократия суверенная, в смысле — строгого режима, распишитесь в получении. При таких-то умственных способностях — самое то.

Я писал все это в ночь на субботу. Писал без гнева, с усталым презрением. С вымученной иронической улыбкой. Дескать, что же вы, дураки такие, подмахиваете негодяям.
Я же не знал, что через несколько часов убьют Анну Политковскую. Застрелят в упор. В кабине лифта. Политковская возвращалась из магазина. Обе руки были заняты хозяйственными сумками. Блестяще спланированная операция. Умеем, когда очень захотим.

Убийцу не найдут. Негодяи не поплатятся. А дураки — мне больше их не жаль.
8th-Aug-2006 01:20 pm - Не для обсуждения
Я не хотела ничего писать о войне, но мне кажется, что не сказать ничего нехорошо по отношению к израильским друзьям.

Так что выскажусь – без всякой настойчивости.

Мне кажется, что война – не выход, что война может в конечном счёте только усилить террористов, потому что война увеличивает количество ненависти в мире.

А особенно бомбы. Я могу себе представить оккупацию, которая улучшает положение в месте, в котором не справляется собственное правительство, а вот бомбардировки, по-моему, могут только ухудшить.

У меня есть друзья – французские ливанцы, у которых в Ливане близкие, у меня есть коллега, уехавшая в Ливан на каникулы – я не знаю, что с ней.

Я знаю людей на севере Израиля, вовсе не готовых к войне до победного конца, не готовых рисковать жизнью во имя крайне сомнительной победы над террористами.

Близкая нам пожилая дама уехала сейчас и Хайфы в Европу. Медицинская страховка у неё на 45 дней. Ей придётся вернуться в конце августа, и она спрашивает себя, будет ли ей, куда вернуться. И вернуться, чтобы тут же уехать снова? Её племянник, живущий на севере, клял правительство ещё недели три назад...

Я когда-то на день оказалась в Белфасте. Давно, когда ирландская освободительная армия вовсю бесчинствовала. Мы перебирались из южной Ирландии в Шотландию.

Белфаст был страшен – город с разрушенными домами, зияющими чёрными подворотнями.

А вот представить себе, что Англия стала бы бомбить Белфаст, чтоб избавиться от террористов. Невозможно!

И ещё. Я легко могу себе представить, что Россия хвоста советских времён, Россия с эскалацией ненависти к Западу, могла стать реально опасной. И вот моделирую в голове ситуацию – чтоб избавиться от опасного миру советского правительства, с которым собственное население нисколько не борется, Америкой или ещё кем (неважно) принимается решение бомбить Москву. Какие эмоции я бы испытала по этому поводу? Да ведь ясно – я бы этих бомбящих ненавидела – и плевать бы мне было на необходимость, отсутствие выхода и спасение человечества – я бы не была готова рисковать жизнью близких мне людей ради высоких целей.

На войне, так или иначе, жертвуют чужими жизнями, когда бомбят, гибнут люди, которых не спрашивают...

И если нельзя справиться с терроризмом без убийства мирных жителей противника и бессмысленной гибели собственных мирных жителей – так, может, нет смысла таким образом с терроризмом справляться – всё равно не получится – ненависть возрастёт, и на смену одним террористам придут другие...

Я никого не хочу обидеть, я не наставиваю на своей правоте и вовсе не хочу спорить.

Мне просто казалось, что я должна это сказать...

Дальше опять будет про коровок с геккончиками, про чайку, которая чешет ухо одной ногой, стоя на другой, про сварливую сойку...

А мысль о том, что там, с другой стороны нашего моря, сколько народу в очередной раз погибло – ни за что, ни про что... она всё время фоном.
27th-Mar-2006 05:11 pm - Убийцы
via tosainu
Тюленей

via dovzhik
Людей


Дети, поджигающие кошек, взрослые, бьющие тюленят палкой по голове, – ведь откуда-то берутся люди, которых можно построить, крикнуть «ату»...
This page was loaded Nov 15th 2019, 9:41 am GMT.