Category: мода

Category was added automatically. Read all entries about "мода".

(no subject)

Сегодня в индийском ресторанчике возле работы, куда мы на ланч часто ходим, за соседним столиком сидел Александр Дюма. Я даже проверила, на портрет в сети поглядела, – он самый, салфетку надел как слюнявчик – вальяжный довольный. Портос, да и только, – который у госпожи Кокнар поужинав курочкой, сокрушался, что старость он, конечно, уважает, но отнюдь не в жареном виде.

Был ли он одет по тогдашней моде, сказать не могу – салфетка до пупа всё застила.

Кстати, о моде – я прочитала, что продажа костюмов во Франции за последние восемь лет снизилась на 58 процентов. Считается, что сначала разнообразные фирмы в целях завлечения молодых ребят, которые завлекаются не столько на зарплату, сколько на хорошие условия жизни, разрешили ходить в футболках, джинсах и кроссовках. Тут и те, кто постарше, позавидовали и костюмы отправили в долгие шкафы. И теперь даже банки многие подтянулись, упразднив обязательность костюмов, – не совсем уж банки рыжие.

Александр Дюма сидел себе с симпатичной девицей, ухмылялся, может, об истории с подвесками задумался...

(no subject)

Щавель вымахал на полянке – наглый весёлый.

Пока я с хрустом отдирала листья от стеблей и за отсутствием мешка, кидала их прямо в рюкзак, я не услышала, как ко мне подошёл элегантный – в очках и в заломленной шляпе – пожилой месьё.

Естественно, чтоб поинтересоваться, что это я тут собираю.

На мои слова, что это дикий щавель, ничуть не хуже домашнего с грядки, он, естественно, сорвал листик и сжевал. Нежный какой – удивился.

– Надо же, а я до сих пор знал дикий щавель только очень горький, его страшно курицы любят, я всегда, как его встречу, обязательно им в подарок приношу.

Вот и я новое от него узнала – конский щавель – выходит, курицы любят...

(no subject)

Всю неделю тяжёлые облака плевались дождём – не сплошь, а как-то вдруг, не затянув даже неба. И холодно было не по-раннесентябрьски.

И неожиданно выскочили грибы, и мы с Бегемотом, отправившись в Фонтенбло гулять, захватив непромокаемые накидки на случай обещанных гроз, мы вместо того, чтоб как следует побегать по горкам, стали собирать дубовики, которых можно было взять, сколько угодно, – не поиск грибов (кто не спрятался, я не виноват), а сбор урожая, – ну, вроде как яблоки на нашей ферме с веток снимать.

Так что носилась только Таня – туда-обратно.

Белых несколько штук тоже попалось – на суп.

Дойти до машины мы успели за пару минут до дождя, а когда ехали обратно, дорога в одном месте оказалась так залита, что машины рассекали озеро, и серебряные волны, как от кораблей на воздушной подушке, поднимались по бокам от колёс.

Зелёные поля в воде по щиколотку, и по ним разгуливали чайки. Огромное небо, груды облаков над полями, каменные деревни, лошади пасутся, возле деревенской церкви свадьба под зонтиками – жениха с невестой мы не видели, – бросился в глаза очень элегантный пожилой негр под руку с не менее элегантной буржуазного вида белой дамой. Родители?

Ветер в пирамидальных тополях на горизонте. Разноцветные прищепки на намокшей верёвке в чьём-то дворе…

(no subject)

Мой телефон, когда я на нём печатаю, вечно подсказывает мне слова. И в общем, это полезно. Экран маленький, и бывает удобно вместо того, чтоб допечатывать слово до конца, щёлкать по предложенному телефоном.

Тут недавно в письме Альбиру, которое я в автобусе писала, я процитировала Илью Зверева, – про то, что человек, написавший песню «мой Вася», почему–то относится к творческой интеллигенции, а построивший мост через Енисей – к технической.

И обнаружила я поразительную вещь – телефон слова «интеллигенция» не знает – слово «интеллигент» знает, хотя узнаёт его прям в последнюю минуту – а интеллигенцию и вовсе не знает. Пришлось печатать до последней буковки.

Вот до чего модная нынче нелюбовь к интеллигенции довела ни в чём не повинный прибор!

(no subject)

Вчера на рынке россыпи ёлочных игрушек. Много разных гирлянд.

Всё больше элегантных современных – змеиные мигающие кольца, острые тонкие лампочки, как пики.

У нас три гирлянды. Благородная – разгорающиеся угольки, две – совершенно обычные резные лампочки. И из этих двух одна, кажется, в прошлом году перегорела.

Я спросила у продавца, а нет ли гирлянды из домиков, – домики в снегу, и окошки светятся.

Он такой, кажется, никогда и не видел. Откуда ему? Такая была у бабушки на Херсонской улице.

Как там у Кундеры в «Непереносимой лёгкости бытия» – у каждого есть свой китч – у меня – светящиеся окошки на тёмной дороге.

Купила гирлянду из разноцветных колокольчиков...

...

Это дерево показалось мне издали цветущей вишней.



Collapse )